Книга Они были братьями. Часть 2, страница 15 – Артём Март

Надир долго смотрел на Громилу. Потом перевёл взгляд на Селихова. Тот стоял в стороне, спиной ко всем, и смотрел вдаль.

Надир встал.

— Иди, Громила, — сказал он. — Я ему оман сам принесу.

Громила улыбнулся и поднялся. Отряхнул штаны. Уже уходя, обернулся:

— Так а на охоту завтра ты с нами тоже пойдёшь? А то мы с ним собираемся.

— А почему он тебя берёт? — хмыкнул Надир. — Почему не Фокса?

— Да чёрт его знает, — Громила пожал плечами и разулыбался. — Видимо, хочет подстрелить какого-нибудь козла пожирнее. А потом заставить меня одного на горбу этого козла тащить.

Надир тоже позволил себе улыбнуться:

— Пойду, — сказал он. — Если возьмёт.

* * *

Утро выдалось ясное и холодное. Солнце только-только поднялось над горами, и длинные тени от скал лежали на каменистых склонах, как полосы тёмной ткани. Ветер здесь, на высоте, был колючим и сухим. Он забирался под одежду, выдувал тепло.

Мы шли втроём: я, Громила и Надир.

Волки бежали впереди, то исчезая за валунами, то появляясь снова. Иногда они замирали, принюхивались, и тогда Надир останавливался и ждал. Он читал их поведение, как я, егерем, когда-то читал следы в тайге. В этом мы с ним были похожи.

Между нами установилось молчаливое перемирие. После того разговора на мосту, после того, как он дал мне нож, мы почти не говорили.

Но что-то изменилось.

Вчера вечером он подошёл ко мне сам — молча, не глядя в глаза, и протянул бурдюк со свежим оманом. Я взял. Он кивнул и отошёл. И всё. Никаких слов. Никаких объяснений. Но это было именно то, что нужно. Не какие-то пустые извинения. Не бесполезные оправдания. А просто поступок.

— Ну и где твой козёл? — спросил Громила, переводя дух. Он шагал позади, с пулемётом на плече. Патронов к РПК у него не было — последние расстрелял Горохов у моста. Но Громила всё равно таскал его с собой. По привычке. Или потому что так чувствовал себя увереннее.

— Следы свежие, — отозвался Надир, не оборачиваясь. — Он где-то здесь. Пасся наверху и спустился.

— Может, уже ускакал куда подальше, — буркнул Громила. — От твоих волков за версту псиной несёт.

— Мускусом, — поправил Надир. — Они молодые, но взрослые. Кровь играет.

— Пускай она играет где-нибудь подальше от меня, — проговорил Громила и уселся на камень, утирая пот со лба.

Кара-Тар, при этом, как бы невзначай пробегая мимо, остановился у его камня, приопустил круп, и я услышал, как зажурчало.

Громила аж подскочил.

— Ты чё творишь, зараза пархатая⁈ — крикнул он и даже замахнулся на волкособа пулемётом, словно дубиной. — Я тебе чё, пень трухлявый, чтоб под меня ссать⁈

Кара-Тар равнодушно глянул на Громилу, пошаркал у камня задними лапами и как ни в чём не бывало посеменил куда-то вперёд.

— Ветер в нашу сторону, — спокойно ответил Надир, наблюдая за всей этой картиной. — Псы не при чём.

Я слушал их перебранку и молчал. После вчерашнего омана голова прояснилась, но тело всё ещё ныло. Бок, потревоженный переправой, давал о себе знать при каждом резком движении. Я старался не показывать этого. Громила, кажется, всё равно замечал. Надир — тем более.

Следы вывели нас на небольшую каменистую площадку. Недалеко отсюда, на склоне, среди низкорослого кустарника и серых валунов, паслось несколько горных козлов. Они стояли метрах в семидесяти, настороженно поводя ушами.