Книга Они были братьями. Часть 2, страница 12 – Артём Март

Он не спал вторые сутки. Глаза слипались. Бритая голова мёрзла под утренним ветром, и кожа на черепе зудела, непривычная к холоду. Он снова и снова проводил по ней ладонью, но легче не становилось.

Лошадь шла медленно, опустив голову. Хехад не подгонял её. Смысла не было. Они и так опоздали. Всю ночь проторчали у моста в надежде, что вторая группа, которую он запросил через гонца, перережет шурави путь и зажмёт их с двух сторон.

Никто не пришёл.

Шурави просто ушли, скрывшись во тьме.

И Хехад не мог сам последовать за ними. Переправы больше не было. Канат был перерезан его же собственным ножом.

Захир ехал рядом. Он тоже был мрачен. Его группа присоединилась к Хехаду ещё вчера, перед самым выходом к ущелью, и теперь эти люди разделяли общую неудачу.

Захир то и дело поглядывал на Хехада, но молчал. Только чесал свой шрам на предплечье — эту привычку Хехад знал хорошо. Захир чесал шрам, когда был недоволен.

— Зря ты потащил нас туда, — сказал он наконец, когда их лошади поравнялись боками. — Только время потеряли. И одну лошадь загнали. А лошадь была хорошей. Жалко было её стрелять.

Хехад не ответил сразу. Он смотрел прямо перед собой.

— Если бы Карим-Паша отправил людей наперерез, — проговорил он сквозь зубы, немного повременив, — шурави бы не ушли.

— Но он не отправил, — пожал плечами Захир. — Никто не пришёл.

— И это моя вина?

— А по-твоему, в этом вина Карима-Паши?

Хехад резко повернулся в седле. Конь под ним всхрапнул.

— Но точно не моя! Я сделал всё, что мог! Я выследил их! Я привёл людей! Я отрезал им путь! Если бы не я, они бы ушли спокойно, и Карим-Паша даже не узнал бы, где они!

— Значит, всё-таки Паши? — Захир холодно усмехнулся. — Ну попробуй сказать ему это в глаза.

Хехад открыл рот. И закрыл. Он знал, что не посмеет. Захир тоже это знал. Он отвернулся и больше ничего не сказал.

В кишлак они въехали, когда солнце уже поднялось. Хехад спешился у конюшни, бросил поводья мальчишке-конюху и, не говоря ни слова, пошёл к дому, где квартировал Карим-Паша. Но дома его не оказалось.

Хехад обошёл несколько саклей, заглянул к мечети, спросил у прохожих. Ему указали на конюшню. Пришлось вернуться.

Теперь Карим-Паша стоял во дворе конюшни, и вокруг него собралась небольшая толпа. Хехад протолкался сквозь моджахедов и увидел интересную картину.

Двое душманов стояли на коленях перед Каримом-Пашой. Один был с разбитым лицом. Второй, наоборот, цел, но смотрел виновато и исподлобья.

Карим-Паша говорил негромко, но все слушали, затаив дыхание. Он цитировал Коран — про то, что правоверный не должен бить брата по лицу, ибо лицо — это отражение души, дарованной Аллахом. Он говорил, что брат не должен бить брата по телу, ибо тело — аманат, только временно дарованный человеку во владение Всевышним.

А значит, покушение на него — преступление.

Потом он объявил наказание. Обидчик будет чистить конюшни неделю. И публично извинится перед пострадавшим при свидетелях, а потом выплатит ему дью. Толпа одобрительно загудела. Порядок был восстановлен.

Когда толпа разошлась, Карим-Паша поднял глаза и заметил Хехада. Жестом приказал подойти. Хехад приблизился и склонил голову.

— Докладывай.

Хехад рассказал всё. Про мост. Про то, как русские почти закончили переправу. Про то, как он приказал резать канат. Про то, что они всё-таки ушли. Про то, что он и его люди ждали подкрепления с той стороны, но никто не пришёл.