Книга Печать пожирателя 11, страница 55 – Илья Соломенный

Я замер, наконец-то по-настоящему оглядевшись.

Белизна оказалась побелкой на потолке и стенах. Не бесконечное измерение — а убогая, крошечная комната. Бывшая палата, судя по заваренным газовым трубам и следам от снятых со стен коек. В воздухе висела пыль и сладковатый, тошнотворный запах старого антисептика, смешанный с запахом моей собственной крови — я разбил суставы пальцев о стену.

Окон нет. Одна-единственная дверь, массивная, металлическая, явно усиленная — без оконца и без ручки с этой стороны.

Ярость, кипевшая во мне, снова попыталась прорваться наружу. Мне хотелось биться о дверь, выжигать стены, превратить эту клетку в пыль. Но я сделал усилие над собой, заставив лёгкие работать ровно и глубоко. Гнев был роскошью, которую я не мог себе позволить. Он сжигал последние ресурсы, а я и так был пуст.

Пуст.

Я провёл внутреннюю ревизию, и холодная волна осознания ударила под рёбра. Внутри была пустота. Моя Искра, всегда тлевшая в груди ровным, знакомым пламенем, теперь была подобна потухшему очагу. Ни тепла, ни света. Ни намёка на силу — полностью пуста.

Руки потянулись к привычным карманам, к поясу, к запястьям. Ничего. Перчатки Пожирателя сняты. Тяжёлые энергокристаллы, каждый из которых был сгустком мощи, тоже исчезли из карманов. Броня гнева — та же история… Даже плоский диск для входа в МР — и тот был изъят!

Меня обчистили до нитки, оставив в потрёпанной, залитой потом и кровью одежде.

Мунин.

Мысленный зов ушёл в никуда. Чёрная, бездонная яма, на дне которой не было ничего. Ни единой искры от нашей связи. Такое ощущение, будто его никогда и не существовало. И боль от этой потери была острее и глубже, чем от потери магии. Он был частью меня так долго… Проклятье, надеюсь, он жив…

Хугин! — позвал я снова, уже без надежды.

Снова тишина. Либо он был мёртв, либо эта клетка блокировала всё, либо мои маледикты спрятаны в каком-то карманном измерении.

Я прислонился спиной к холодной стене и медленно сполз по ней на пол, уставившись в серую стену. Пыль щекотала ноздри.

Нужно было думать. Анализировать! Отбросить ярость, отбросить страх, отбросить боль. Оставить только холодную, безжалостную логику. Это всегда было моим главным оружием.

Итак. Что произошло?

Курташин, одержимый некой сущностью, продемонстрировал уровень магии, не просто превосходящий всё, что я видел за последние пять лет. Он продемонстрировал нечто принципиально иное.

Первым делом — перехват кровавой магии Брони Гнева. Я не просто направил в него удар. Я вложил в него колоссальный заряд чужой, украденной жизненной силы, заряженной моей собственной яростью и волей.

Это был не луч энергии, который можно отразить щитом, а ядовитый поток, который должен был разъесть любую защиту, любую сущность изнутри. Он же… принял его как подарок! И перенаправил, насытив им своих солдат. Это было невозможно. Так не работают ни защитные барьеры, ни поглощение. Это было сродни тому, как если бы он поймал пулю и швырнул её обратно, превратив в конфету.

Затем — пленение Мунина.

Я видел, как складывается пространство. Это не было телекинезом или силовым полем. Это было… манипуляцией самой реальностью. Точечной, точной и абсолютно безжалостной. Он не раздавил маледикта, не разорвал — он его стер.

Я знал лишь одну сущность, способную на такое — того, с кем я сражался пять лет назад. Но Ур-Намму был уничтожен! Полностью! Я был в этом уверен!