Книга Печать пожирателя 11, страница 57 – Илья Соломенный

И эта мысль беспокоила меня куда сильнее, чем плен.

Сидеть сложа руки, однако, не входило в мои планы. Отчаяние — роскошь для мёртвых. Пока я дышал, оставался шанс всё остановить.

Я сосредоточился, отринув все посторонние мысли, и погрузился вглубь себя, в ту самую леденящую пустоту, где когда-то пылала Искра. Я искал не её, а нечто другое — крошечную, едва уловимую песчинку инородной энергии, затерявшуюся в глубинах моего существа.

Хотя это, конечно, очень обтекаемая формулировка…

Я вспомнил о «заначке» — маленьком, одноразовом энергокристалле «быстрого розжига», который я, по старой привычке параноика, проглотил перед полётом к поместью Курташина. Обычно такие кристаллы рассыпались в пыль после однократного использования, но их заряд был чистым и мгновенным.

Ирония ситуации внезапно показалась мне до безумия смешной.

Маркелий А'стар, бывший бог, Пожиратель, спаситель Москвы, вынужден выискивать в своём желудке обрывки силы, как нищий в помойке. И при этом испытывать дикую радость от того, что когда-то проявил банальную предусмотрительность.

М-да, мир определённо скатился в откровенную пошлость…

Я обнаружил кристалл в жеудке — и «выпил» его.

Эффект был не таким, как от мощного кристалла — не тёплой волной, а скорее коротким, болезненным ударом тока. Пустота отступила, сменившись знакомым, хоть и до смешного слабым, свечением. Искра чуть загорелась, давая может один-полтора процента от моего былого резерва.

Капля в море…

Но и капля, как известно, могла точить камень.

Я поднялся на ноги. Мои окровавленные пальцы сжались. Этого должно было хватить. Должно было!

Подойдя к двери, я приложил ладони к холодному металлу, в местах, где, как я предполагал, находились замковые механизмы. Я не стал пытаться снести её — не хватило бы сил, да и шум был ни к чему. Вместо этого я сконцентрировался на точечном, сокрушительном давлении. Заклинание было простым, примитивным — сгусток кинетической энергии, направленный внутрь.

Раздался негромкий, но отчётливый хруст. Я толкнул дверь плечом, и она, покорно, отъехала в сторону, открыв тёмный, пахнущий сыростью и лекарствами коридор.

Я высунулся, прислушиваясь.

Тишина. Слишком тихая…

Я двинулся наощупь, стараясь ступать бесшумно. Мысли лихорадочно работали. Конечно, было бы неплохо найти свои вещи. Перчатки, броню, кристаллы, диск… Без них я был весьма и весьма уязвимым.

Но где их могли спрятать? И где был Волков? Жив ли?

Мысль о том, чтобы бросить его, была неприятной, но прагматичной. Бродить по этой ловушке в надежде отыскать одного человека — чистой воды самоубийство.

Решение пришло быстро, холодное и неоспоримое.

Надо выбираться наружу. Прочь из этой больницы, этого каменного мешка. Найти укрытие, оценить обстановку, придумать новый план. Шляться тут одному, без снаряжения и с каплей магии — верный путь присоединиться к орде безумцев.

Хм… Кстати, а почему Курташин меня не обратил?..

Я крался по коридорам, замирая у каждого поворота. Больница была огромной, настоящим лабиринтом из палат, процедурных и бесконечных переходов.

И она не была пустой.

Из-за некоторых дверей доносилось шарканье, тихое бормотание или просто тяжёлое, ровное дыхание. Одержимые были здесь. Повсюду! Они не рыскали активно, а пребывали в каком-то статичном, спящем состоянии, словно ждали команды.