Книга Наследие, страница 99 – Алексей Федотов

— Последний, — повторил Резников. — Значит, груз там будет большой.

— Я тоже так думаю.

Резников стал и прошелся по комнате, заложив руки за спину. Встал у окна.

— Возвращайтесь, Аркадий Семенович, к себе. Вы свою работу сделали.

— Я могу помочь, — Громов с трудом поднялся.

— Я не сомневаюсь, — Резников повернулся и посмотрел ему в глаза. — Но слишком велик шанс сейчас спугнуть все это кубло, а с учетом того, что будет последний обоз перед зимой, я рисковать не могу. Поверьте, Империя про вас не забудет!

— Я рассказал вам не ради наград, — покачал головой Громов.

— Знаю!

Аркадий Семенович вздохнул и поднял зипун.

Когда он ушел, архимаг снял полог, несколько минут стоял у окна, раздумывал и наконец вернулся в кресло. Улыбнулся, той самой улыбкой, которую я знал, не любил и которую, если честно, побаивался.

— Ну что, отрок, — сказал он. — Ты ведь, помнится, хотел попрактиковаться?

Не, не, не… Я имел в виду магическую практику, а не вот это все! Но смотря в маниакальные глаза Резникова, понимал, что собственно выбора у меня нет.

Вот тебе и отдых. Вот тебе и пара спокойных дней в провинциальном городке, кофе с пирожными и прогулки по мокрым мостовым.

— Хотел, — мрачно сказал я. — Только я не думал, что практика будет иной.

— А она никогда не бывает такой, какую ждешь, — сказал Резников. — В этом и вся ее прелесть.

Внизу, застучали колеса. Кто-то подъехал. Хлопнула дверца экипажа. Я подошел к окну и выглянул.

У крыльца стояла небольшая двуколка и из нее выбирался человечек в длинном сюртуке и с потертым портфелем под мышкой. Невысокий, худой и сутулый, в безупречном, темном камзоле и таких же ботинках.

— Липкин, — сказал Резников, даже не вставая. — Семен Маркович. Рановато он что-то. Я ждал его к обеду, но это даже к лучшему.

Человечек внизу отвесил окну короткий поклон вышибале, стоящему у дверей, и прошел внутрь таверны. Маркус в коридоре зашевелился и, судя по звуку, встал, и судя по звуку метала, перехватив меч.

Я вздохнул и пошел открывать дверь

— Ну что ж, ваше сиятельство. Перейдем к делу. Вы вчера выиграли очень много денег. Давайте разберемся, как сделать так, чтобы вы их получили. — Говорил Липкин быстро, сухо и очень понятно.

Я ждал, что стряпчий начнет сыпать юридическими словечками и ссылками на имперские законы, в которых сам черт ногу сломит. Но нет. Ничего подобного. Он раскладывал все по полочкам, и понятными словами.

— Состояние барона Загорского-младшего, — сказал он, загибая тонкий сухой палец, — состоит из четырех частей. Первая — имение Ракитное в двадцати километрах от города. Четыреста двенадцать душ жителей по последней ревизии, земли около трех тысяч десятин. Кроме того, в хозяйстве есть мельница, винокурня и лес. Вторая — дом на Садовой, каменный, двухэтажный. При доме есть каретный сарай. Третья — наличные средства. Они лежат на счете в Новоистском купеческом банке. — Он сделал паузу. — Банк принадлежит Шубину.

— Шурину мэра, — сказал я.

— Вижу, вас уже просветили. — Липкин одобрительно кивнул. — Сумма мне точно не известна, но, по моим сведениям, не меньше ста тысяч. Четвертая часть — пай в торговом доме «Кудрин и сыновья». Тридцать долей из ста.

Жаба внутри меня, которая после рассказа Громова сидела тихо и пришибленно, при словах «ста тысячах» робко высунула голову.