Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 109 – Сергей Орлов

— Врёшь, — наконец хрипло выдавил из себя Эраст, попытавшись выжать из себя хотя бы каплю бывалого хладнокровия.

— Ага, — с готовностью кивнул я, даже не пытаясь спорить. — Конечно, вру. Тогда прямо сейчас сходи в приёмную и спроси у них сам. Они ведь всё ещё там, сидят и судорожно соображают, как бы так ловко повернуть дело, чтобы крайним в этой истории оказался ты, а не они. И знаешь, у них ведь отличные шансы это провернуть. С одной стороны — два уважаемых Оценщика с чистой репутацией, а с другой — один богатенький сынок с огромными долгами, информация о которых совсем скоро совершенно всплывёт в разных частях города. Как думаешь, кому в итоге поверит следствие?

Эраст медленно выпрямился, убирая руки со стола. Пальцы на его ладонях мелко и судорожно дрожали.

— Чего ты от меня хочешь? — процедил он сквозь зубы, окончательно сдав позиции.

— Ровно того же, чего до этого потребовал от них. Показаний на Коробьина и Пафнутьева. Оформим всё так, будто это была их идея, будто именно они слезно упросили тебя пожертвовать из личного хранилища этот коллекционный набор магии Пепла, чтобы состряпать против меня ложное обвинение. Ты ведь вовсе не дурак, Эраст. Ты просто по своей наивности доверился не тем людям. В этой жизни такое случается…

Он молча впился в меня взглядом ещё на пару секунд, проваривая в башке варианты, а затем резко развернулся на каблуках и вылетел из допросной. Уже через мгновение из глубокого коридора участка донеслось его яростное, сорвавшееся на визг:

— Коробьин!

Я тяжело вздохнул и опустил взгляд на тяжёлые металлические наручники, спокойно лежавшие передо мной на столе.

Ну вот… сделал гадость, на душе радость.

Теперь осталось просто спокойно дождаться, когда эта троица начнёт наперебой закладывать друг друга…

Толстые каменные стены допросной комнаты участка отлично гасили любые внешние шумы, так что из коридора не долетало практически ни звука. Однако судьба сама решила подкинуть мне возможность проконтролировать развитие ситуации.

Тишину нарушил один из конвоиров, охранявших дверь снаружи. Он осторожно приоткрыл створку, шагнул в помещение и сразу опустил взгляд на пол. Эраст в порыве ярости так стремительно выскочил из допросной, спеша заткнуть рты Оценщиками, что даже не заметил, как выронил из кармана дорогую кожаную перчатку.

Стражник быстро нагнулся, поднял её с пола и двинулся обратно к выходу. Из-за общего переполоха в участке или просто по собственной халатности он забыл плотно прихлопнуть тяжёлую деревянную створку за собой. В итоге массивный засов снаружи остался не задвинутым, а сама дверь замерла приоткрытой на пару пальцев.

Благодаря этой щели акустика длинного каменного коридора сработала идеально. Из приёмной сразу же донеслись взволнованные и злые голоса, переругивавшиеся на повышенных тонах.

Орали снаружи сразу в три глотки, совершенно забыв про элементарную осторожность. Сначала в коридоре гремел истеричный вопль Эраста, который от слепой ярости и бессилия постоянно «давал петуха». Затем этот крик перебивал отрывистый, злобный лай Коробьина, изо всех сил пытавшегося перехватить инициативу в споре и осадить зарвавшегося пацана. А чуть позже в их ожесточённую перепалку встревоженно вклинивалось жалобное, визгливое блеяние Пафнутьева.