Онлайн книга «Восхождение Морна. Том 13»
|
Однако едва моя ладонь опустилась на серебряную оправу одного из зеркал, печать привычно нагрелась, и в голове развернулась детальная системная строка: «Зеркала парные, связные. Серебро, стекло. Возраст: 140 лет. Основное свойство: двухсторонняя дальняя связь (передача голоса и изображения) на расстоянии до ста километров. Условие сопряжения: сложив зеркала стеклом к стеклу, произнести ключевое слово для настройки связи. В дальнейшем связь вызывается голосом на расстоянии. Состояние: связь не настроена, ключ не задан. Реальная рыночная стоимость: 2000 золотых». Две тысячи за местный аналог видеосвязи… Причина, по которой Гильдия проглядела столь редкий артефакт, лежала на поверхности. С одной стороны, всё упиралось в специфическое условие сопряжения: чтобы пробудить магический канал, зеркала требовалось прижать стеклом к стеклу и привязать к слову-ключу, тогда как поодиночке они оставались глухи к любым воздействиям. С другой — проверку наверняка проводил какой-нибудь рядовой оценщик со слабым уровнем Дара. Не найдя активного фона и проверяя зеркала по отдельности, он просто пожал плечами да и списал их как обычный ювелирный лом. Впрочем, любые логические гипотезы оставались лишь теорией и всё это требовалось проверить на практике. С этой мыслью я вынул оба зеркальца из выемок футляра, соединил их стекло к стеклу и положил получившийся «сэндвич» на дубовую столешницу. Выждав пару секунд, я не заметил ни лёгкого свечения, ни вибрации, ни элементарного тепла. Тогда я слегка прижал пальцем серебряный ободок, коснулся резного узора и даже подышал на стык стёкол, но реакция оставалась нулевой. Вдова наблюдала за этими манипуляциями с суеверной осторожностью, с какой обычно смотрят на тихо помешанных, вознамерившихся среди бела дня поговорить с посудой. За соседним столиком даже Мойша прекратил скрипеть пером и замер, уставившись на меня во все глаза. — Включись, — спокойно произнёс я, накрыв сложенные зеркала ладонью. Однако зеркальца продолжали молча лежать, оставаясь совершенно холодными и бесполезными. — Приём, приём. Как слышно? — попробовал я ещё раз. Никакой реакции не последовало, и вдова на всякий случай сделала полшага назад. Я снова мысленно пробежался по системной строке и зацепился за слово «произнести». Скорее всего, артефакту требуется не абстрактная команда, а конкретная фраза-активатор. Только вот какие именно формулы использовали мастера этого мира, я не имел ни малейшего понятия… — Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи… — произнёс я с самым серьёзным лицом и на всякий случай привычным движением пустил внутрь короткий импульс магической энергии, направляя его в серебряную оправу. Мойша за соседним столом немедленно закашлялся в кулак, а вдова испуганно сложила пальцы в защитном знаке. Но чары отозвались мгновенно. Серебряная оправа едва заметно вибрировала, амальгама вспыхнула изнутри ровным белым светом, а прямо перед глазами развернулась новая системная плашка: «Ключ активации зафиксирован: „Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи…“. Привязка завершена. Смена ключа недоступна». «Ну отлично просто…» — мысленно вздохнул я, глядя на то, как узорчатые чары мгновенно запомнили пароль. — «Теперь этой сударыне придётся произносить эту дурацкую строчку до конца своих дней…» |