Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 14 – Сергей Орлов

Я кивнул на бумагу:

— Так что вноси наши двести двадцать золотых в правую колонку и зови следующего.

Мойша скрипнул пером и с видимым удовольствием вывел цифры на бумаге. После этого он шумно вздохнул, потому что отдавать потенциальную выгоду ему всё ещё было больно, пусть даже ради укрепления нашей репутации. Чуть позже он поднялся с места и зычно кликнул следующего посетителя.

Вторым за наш стол сел явно не бедный аристократ. Одет он был щегольски, однако с той легкой небрежностью, которая часто присуща людям, привыкшим кичиться собственной фамилией. При этом в руках он с огромной предосторожностью держал предмет, завёрнутый в платок.

Он аккуратно опустил свою ношу на дубовую столешницу прямо напротив меня, осторожно отогнул края бархатного платка и слегка развернул освобождённый кубок. Дворянин сделал это с таким расчётом, чтобы оттиск знака на донышке сразу бросался мне в глаза.

— Семьсот золотых выложил за этого красавца, — без лишних прелюдий объявил аристократ и слегка выпятил подбородок, хоть в его голосе и сквозила скрытая нервозность. — Выкупил у одного знакомого коллекционера. Тот сам лично показывал мне этот знак. Работу Северцева я видел в столице на парадных клинках, так что сомнений не возникло и спорить я не стал. Только вот друзья теперь подшучивают и твердят, будто мастер ковал только оружие и чародейскую броню, а к посуде и близко не прикасался. Хочу знать наверняка, Морн. Обманули меня или эти умники просто ничего не смыслят в редких заказах?

Я протянул руку и взялся за ножку кубка. Внутренний взор тут же отозвался привычным откликом.

«Кубок застольный. Состав: медь, поверхностное серебрение в один тонкий слой. Возраст изделия: не более двух лет. Клеймо: поддельный слепок с оригинала мастерской Северцева. Остаточный магический след: простые бытовые чары поверхностного блеска, наложены не дольше полугода назад. Реальная рыночная стоимость: шесть золотых».

Я не спеша повернул кубок к себе. Сделав вид, что просто осматриваю стыки чеканки, я с ощутимым нажимом провёл ногтем большого пальца по внутреннему ободку, у самого края. Тончайшая плёнка дешёвого серебрения легко поддалась под ногтем, обнажив розоватую медную полоску размером с тонкую царапину.

После этого я аккуратно повернул кубок повреждённым местом к дворянину, а затем указал пальцем на донышко.

— Ваши друзья правы, — ровным голосом произнёс я. — Северцев работал исключительно с клинками. Кубков он не делал вовсе, да и три года назад вовсе покинул Империю. Вашей же покупке от силы года два. Серебра тут одно название, тончайшая плёнка поверх дешёвой меди. Блеск навели совсем недавно простой бытовой магией, но через месяц чары полностью рассеются, после чего металл потемнеет и пойдёт пятнами. Что касается клейма на дне, то оно фальшивое, пусть и неплохо сделанное. Так что ваш знакомый коллекционер оказался тем ещё жуком…

Аристократ замер. Его лицо медленно наливалось багровым оттенком, а взгляд приковался к розоватой полоске меди на ободке кубка. Он долго молчал, судорожно сжимая пальцы в кулаки и переваривая крах своей дорогой покупки, после чего тихо и с последней надеждой спросил:

— А вернуть деньги как-то можно, по закону или через Гильдию?

— Идите прямо к тому, кто вам его продал, — ровным, сухим голосом ответил я. — Если он дорожит именованием дворянина и давней дружбой, то, возможно, отдаст назад. Хотя рассчитывать на это глупо. Подобные сделки редко совершают по ошибке. С вас шестьдесят серебряных за проведение оценки.