Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 99 – Сергей Орлов

Впрочем, делиться этими соображениями с присутствующими я, разумеется, не собирался.

В этот момент управляющий «Золотого дома» сделал шаг к столу, брезгливо наклонился над разложенными предметами и бегло осмотрел весь комплект. Его взгляд задерживался то на ритуальном ноже, то на молитвеннике, пока наконец не упёрся в золотой перстень.

— Это он, — с готовностью заявил управляющий.

Он наконец поднял голову от разложенных на столе предметов и встретился взглядом с сотником.

— Залоговая вещь из нашего главного хранилища, официально принадлежащая Эрасту Аполлоновичу Обухову. Позвольте пояснить, господин Дубровин. Перстень — это не просто украшение, а последняя, замыкающая часть данной коллекции. Без него все эти атрибуты на столе — не более чем обычный антиквариат. Но именно перстень служит фокусом, который закрывает ритуальный контур.

Дубровин медленно кивнул, переведя тяжёлый, задумчивый взгляд с перстня на меня.

— И господин Морн, получается, выкрал этот перстень, чтобы завершить собственную коллекцию и использовать её… — Сотник запнулся, разглядывая предметы с заметным отвращением. — А для чего, собственно, нужен весь этот набор?

— Для призыва пепельной сущности, — без колебаний выложил управляющий.

Дубровин тут же опасливо качнулся назад, еще раз посмотрев на столик, но уже куда менее уверенно. В воздухе физически ощутимо повеяло угрозой.

— Сущности, говорите… — Сотник насупился, мгновенно уцепившись за логическую неувязку. — А почему в таком случае перстень вообще принадлежал господину Обухову? Разве подобное не подпадает под прямой запрет? Вещь-то откровенно относится к магии Пепла.

Управляющий засуетился, моментально попытавшись «обелить» своего нанимателя.

— Нет-нет, капитан Дубровин, вы не совсем верно трактуете закон! Во владении отдельными элементами подобного набора нет абсолютно ничего противозаконного. Это просто редкие предметы старины. А вот хранение или приобретение всего комплекта в сборе строго запрещено. Не хотелось бы бросаться столь тяжелыми обвинениями, но… Вывод напрашивается сам собой. Перстень выкрали из залогового фонда как раз для того, чтобы закрыть последнюю позицию в наборе и провести ритуал.

О как. Похоже, они реально решили навесить на меня поклонение богу Пепла… цирк, ей богу.

— Ну мне, в принципе, всё понятно, — произнёс Дубровин.

Тишина, рухнувшая на номер, стала почти физически ощутимой. Сотник обвёл взглядом столешницу, ещё раз задержался на рогатом изваянии и перевёл глаза на меня. В его взгляде не было слепой ярости — только хладнокровный расчёт боевого офицера, принимающего опасное, но неизбежное решение.

Задержать дворянина, да ещё и представителя Великого Рода — шаг на грани фола. Ошибка в процедуре или ложный арест стоили бы Дубровину не просто должности, но и спокойной жизни. Ни один сотник в здравом уме не станет сходу заламывать руки аристократу, пока не взвесит все риски. Но найденный атрибут культа и официальное опознание залога перетягивали чашу весов.

Дубровин сделал медленный, тяжелый шаг вперёд. По паркету отдался глухой гул подкованных сапог.

— До выяснения всех обстоятельств вы задержаны, господин Морн, — уверенно произнёс он. — Надевайте на него магические браслеты.

Стражники за его спиной моментально собрались. Тот, что держал кожаный футляр, нервно сглотнул и с тихим щелчком откинул металлическую защёлку. Внутри покоились тяжелые блокирующие наручи — сплошные полосы темного сплава, испещрённые тусклыми, полуслепыми рунами Подавления. Такие штуки гасят Источник на корню, превращая даже сильного мага в беспомощного котёнка.