Книга Линия иной судьбы 5, страница 39 – Дмитрий Соловей

Дальше начиналась самая интересная химия. Йод мог выступить акцептором электронов, окисляя полимерную цепь и создавая в ней подвижные носители заряда. При удачном сочетании структуры и условий обработки проводимость такого материала могла вырасти на порядки. Лёгкий, гибкий органический материал, способный проводить электрический ток, открывал совершенно новые возможности. Если удастся получить достаточно высокую проводимость и сохранить её после обработки, передо мной окажется не просто тема диплома, а задел для целого нового направления в химии полимеров.

Выбор был сделан.

Через полторы недели я зашёл в кабинет к Ковалёву и положил на стол лист с предварительными набросками. Савелий Петрович пробежал глазами несколько строчек и нахмурился. Прочитал повтроно и схватился за голову.

— Валентин, ты с ума сошёл? — спросил он. — Ты хоть понимаешь, что предлагаешь? Пластик, который проводит ток! Если всё получится так, как ты предполагаешь, если опыты подтвердят расчёты… Да тут же речь о совершенно новом классе материалов! А если Первый отдел заинтересуется темой, твой диплом в одночасье обрастёт грифами секретности, а тебя самого могут распределить в какой-нибудь закрытый НИИ без права выезда!

Ковалёв замолчал, поднялся из-за стола и принялся мерить шагами кабинет.

— Это же… это же переворот в приборостроении, Валентин! — продолжил он, уже скорее рассуждая сам с собой, чем обращаясь ко мне. — Представь, сколько меди и тяжёлых кабелей можно убрать из радиолокаторов, из бортовых систем самолётов! Если удастся получить материал с высокой проводимостью, который при этом легче металла и не боится коррозии… Да за один только выигрыш в весе авиационная промышленность за такое ухватится обеими руками!

Он резко остановился и посмотрел на меня.

— Но боже мой, какая ответственность! Если кто-нибудь из людей, отвечающих за секретность, увидит в аннотации словосочетание «органический проводник», вопросов будет больше, чем ответов. Откуда у студента такие идеи? На какие работы он опирается? Кто ему помогал? И почему раньше никто до этого не додумался?

Профессор отвернулся к окну и тяжело вздохнул.

— С другой стороны, как отказаться от такой темы? Как трусливо отмахнуться от возможности сделать настоящее открытие? Да меня же потом самого совесть замучает! Всю жизнь студентам рассказывал о науке, а когда подвернулся шанс поучаствовать в чём-то большом — испугался?

Похоже, внутри Савелия Петровича страх перед секретностью отчаянно боролся с азартом первооткрывателя.

— Официально тему диплома можно назвать как-нибудь серо и скучно, — предложил я, искренне удивляясь такой бурной реакции профессора. — Например: «Физико-химические свойства модифицированных полиацетиленовых соединений». Звучит достаточно академично.

Я помолчал и добавил:

— Лабораторную базу кафедры нагружать не нужно. Основной синтез и допирование проведём на ЗИПе, у Василия. Там можно будет организовать отдельную экспериментальную работу.

Ковалёв перевёл взгляд на лист, снова прочитал название темы и задумался. Идея, которую я предложил, прокрутилась в его голове. Он явно мысленно примерил её к бланкам отчётности.

— «Модифицированных полиацетиленовых соединений»… — повторил Савелий Петрович и хмыкнул. — Хм… Звучит уныло, серо и абсолютно безопасно.