Книга Линия иной судьбы 3, страница 111 – Дмитрий Соловей

Он ткнул пальцем в папку с производственными записями.

— Первая варка кое-как прошла, но качество гуляло. Вторая прошла хуже, аппарат еле отмыли. После этого я и потребовал разработчика. Сказал начальству прямо: хотите промышленный продукт — дайте человека, который его придумал и знает, каким он должен получаться. Вот тебя и прислали.

Теперь всё становилось понятно. Меня вытащили сюда не благодаря авторскому свидетельству и даже не потому, что кто-то решил обойти бюрократию. Просто производство уже запустили по результатам испытаний, а когда на практике выяснилось, что лабораторная технология не превращается в заводскую, потребовался человек, который эту технологию знал.

— Так что никто здесь не ждёт твоей бумажки, — подытожил Пал Палыч. — Документы идут своим чередом, а нам полимер нужен сейчас.

Он затушил окурок в массивной чугунной пепельнице и посмотрел на меня с усмешкой.

— Пошли в цех, товарищ главный разработчик без диплома и свидетельства. Савельев должен был закончить сушку.

Готовые лотки с гелем мы осмотрели вместе. После сушки влажный гидрогель превратился в лёгкую ломкую крошку. Цвет получился не идеально белым, а слегка кремоватым. Я взял небольшую щепотку и бросил в стакан с водой.

Сухие крупинки почти сразу начали разбухать, постепенно забирая воду. Масса становилась всё более объёмной, а свободной воды на дне оставалось всё меньше. Получилось идеально!

— Эк… — крякнул директор. Радости на его лице уже не было. — Сварить-то мы сварили, Жериков. Молодцы. Савельеву и рабочим премию выпишу. А дальше что? Как мы это до Целины повезём?

Тут и до меня дошёл весь масштаб проблемы! В моей прошлой жизни сухой полимер фасовали в плотные полиэтиленовые мешки, герметично закрывали — и можно было хоть через полстраны везти. Здесь с тарой было гораздо сложнее: подходящей плёнки и промышленной упаковки в нужном количестве просто так не достать.

— Министерство выделило под это дело обычные рогожные и брезентовые кули, — продолжил директор, пнув стоящий в углу пустой мешок. — Но твой чертов порошок, пока в эшелоне через пол-страны едет, влагу наберёт. Туман, дожди, ночная роса, да просто сырой воздух. И приедут в Актюбинск не мешки с сухим продуктом, а здоровенные комья разбухшего полимера. Потом действительно ломами из вагонов вырубать придётся. Есть идеи, изобретатель?

Я лихорадочно соображал. Обычная бумага промокнет. Брезент сам по себе от воды не спасёт. Нужна многослойная тара с водостойким барьером. В пятьдесят пятом году выбор материалов был совсем не тот, к которому я привык в прошлой жизни. Но здесь, в Грозном, под рукой имелось то, чего не было у большинства заводов, — нефть и продукты её переработки.

— Пал Палыч, а во что у вас упаковывают химикаты, которым влага противопоказана?

— В крафт-мешки, — удивлённо ответил он. — Четырёхслойная бумага повышенной прочности. Но она от прямого дождя все равно размокнет.

— А если сделать мешок пятислойным, и один из внутренних слоёв пропитать лёгким нефтяным гудроном или битумом? Получится битумированная бумага. Она воду не пропускает вообще, а стоит копейки, у вас этого гудрона на НПЗ за забором — залейся! Делаем внутренний слой гудронированным, а внешние — обычный суровый крафт. Мешки зашивать наглухо машинным способом, а шов промазывать мастикой.