Книга Линия иной судьбы 1, страница 90 – Дмитрий Соловей

Такое местных пацанов наверняка заинтересует. Конечно, оружие и патроны — дело серьёзное, всё под строгим учётом. Но здесь могли пригодиться фронтовые связи директора и его авторитет кавалера боевых орденов. Да и никто не собирался устраивать тир прямо в школе. Можно было договориться с местным отделением ОСОАВИАХИМа или с одной из воинских частей гарнизона.

Я вызвался заняться радиокружком. Не подумайте, будто сам хорошо разбирался в радиоделе. Но найти толкового руководителя и помочь с организацией мне было вполне по силам. Начинать в таком кружке полагалось не с ламповых приёмников — для них требовались дефицитные лампы и приличное электропитание, — а с простейших детекторных: катушка, конденсатор переменной ёмкости, кристалл да «кошачий ус». Ни одной батарейки такому приёмнику не требовалось — он питался самой энергией пойманной волны. Главная проблема — материалы. Медная проволока, старые телефонные наушники, конденсаторы, катушки… Тут я всерьёз рассчитывал на Пашку и его заводских друзей.

Потом возникла идея автомотокружка. Правда, она сразу упёрлась в извечный послевоенный вопрос: где взять хотя бы списанный двигатель или старенький мотоцикл, чтобы ребята могли изучать настоящее железо, а не картинки в учебнике? Найти бы школе хорошего шефа — какой-нибудь завод или воинскую часть, готовых помочь оборудованием, — тогда разговор был бы совсем другим.

Директор медленно затянулся «Беломором» и задумчиво кивнул.

— Попробую поговорить с людьми. Может, кто и поможет.

Если даже ничего не выйдет, я не слишком расстроюсь. Главное было в другом. Разговор о немедленном приёме класса в пионеры незаметно отошёл на второй план.

Не к ноябрьским праздникам, а чуть позже, пацаны сами начали подходить ко мне с вопросами. Будто между прочим, словно им это совсем неинтересно.

— Слышь, Барчук… А в пионеры заявление писать надо или так принимают?

Мне даже делать ничего не пришлось, чтобы завлечь их в пионерскую организацию. Сработала наша с директором задумка с кружком «Ворошиловский стрелок».

Первое занятие прошло в гарнизонном тире. Директор сумел договориться с военными, и в одно воскресное утро человек двадцать наших оболтусов отправились туда. Для большинства из них это был первый случай, когда они оказались рядом с настоящим оружием.

На длинном деревянном столе аккуратным рядом лежали новенькие малокалиберные винтовки ТОЗ-8. После дворовых финок, рогаток и самодельных кастетов они казались настоящим сокровищем. Пацаны сразу притихли. Даже Хмырь с Гуней перестали ухмыляться и жадно разглядывали отполированные ложи, тёмные воронёные стволы и аккуратно сложенные рядом патроны «геко» в серых картонных коробках.

Инструктор — сухощавый старшина с нашивкой за тяжёлое ранение и медалью «За отвагу» на застиранной гимнастёрке, неторопливо рассказал о правилах безопасности, показал, как проверять патронник, как правильно держать винтовку и целиться.

Потом неожиданно для пацанов спросил:

— Пионеры есть?

Поднялось всего две руки, включая меня. Старшина молча кивнул.

— Хорошо. А теперь слушайте внимательно. Винтовка — это не игрушка. Советское оружие доверяют человеку дисциплинированному. Тому, кто умеет отвечать за свои поступки. Кто слово держит. Кто Родину уважает.