Книга Дева, муж и свекровь-дракониха, страница 83 – Дарья Адаревич

Во сне черты лица стали мягче, ресницы оставляют едва заметную тень на скулах, губы приоткрыты, и дыхание глубокое, ровное, уверенное. Губы манят. Ловласс обнимает меня одной рукой, будто лежать вот так — для нас обычное дело. Мурашки по коже. Как же я хочу, чтобы это стало так. Волосы спутались, упав на лоб, но я так и не решаюсь поправить их — боюсь разбудить и нарушить момент, когда он здесь со мной рядом. Тихий, сильный и настоящий.

— Рассматриваешь меня? — вдруг заговаривает Ловласс, и я вздрагиваю от неожиданности.

Приподнимается на локтях, тихонько посмеиваясь, а потом застывает, рассматривая меня так же, как я смотрела на него. Мы могли бы так пролежать вечно, если бы не оставалось незаконченного дела.

— Пора, Амелия, — Ловласс кивает не то мне, не то собственным мыслям.

— Пора, Георг, — отвечаю я, и чуть не краснею от того, что назвала его по имени.

Кладбище. Могила ведьмы, заросшая мхом. Сюда давно никто не заходил — тропинка заросла, но… все ухожено, словно… словно имело место магия.

— Амелия, — Ловласс уже раскладывает ингредиенты, рассматривая все, что есть. — Зуб бобра, мох зеленистый, настой из ягод… Ничего не забыл?

Нет, не забыл. Мы уже дважды перепроверили. Теперь осталось запустить амулет в чашу с настойкой и все будет готово. Застываю в предвкушении. Только бы получилось. Глубокий вдох. Выдох. Пожалуйста, пожалуйста.

Ловласс с видом истинного колдуна смешивает все в большом котле, опускает в котел амулет. Вздрагиваю от громкости внезапного шипения. Фу. Магия — это грязно и некрасиво. Ловласс залезает в котен большой палкой и, подцепляя, достает амулет. Смотрим, как привороженные. Сделан. Получилось. Так долго мы жили во тьме и не знали, а сейчас… Вот она — возможность все исправить.

— Готова, — спрашивает Ловласс, растягиваясь в плутовской улыбке.

— Да, — я давно готова, давно этого жду.

Ловласс подбрасывает амулет и тут же ловко подхватывает. Оба смотрим. Амелет становится словно магнитным, и тянет Ловласса куда-то, тянет… Ловласс делает шаг ко мне, и вот мы оказываемся близко-близко, почти носами касаемся. У меня подпрыгивает сердце.

— Ты чего это делаешь? — неловко отворачиваюсь.

— Иду за амулетом, — звучит удивленный ответ.

— Ну так иди.

— Я и иду.

Стоит, нависая надо мной.

— Ты не идешь, — говорю прямо с некоторым недовольством. — Чего ко мне прилип?

Вместо ответа Ловласс демонстративно смотрит на амулет.

— Он должен указывать на потомка ведьмы, — продолжаю я. — Указывать, вести тебя.

— А он и указывает, — как ни в чем не бывало отвечает Ловласс.

— Не понимаю, на кого указывает?

Ловласс поднимает амулет выше, делает несколько шагов в мою сторону, оказываясь неприлично близко.

— На тебя, — говорит он и нетерпение смешивается с отрицанием.

— Но как? — ухмыляюсь. — Это невозможно. Твой амулет просто не работает.

Беру амулет в ладонь и меня тут же словно обдает холодом. Что с ним такое? Амулет горит красным, жгучим пламенем.

— Ловласс! Что происходит?

— Надо проверить, — Ловласс аккуратно забирает у меня амулет, самого-то его никаким холодом не обдает, и придерживая за плечи, сажает на лавочку рядом с могилой ведьмы.

— Я не могу быть ее потомком, — тараторю я. — Стала бы ведьма проклинать своего потомка?

— Дыши глубоко.