Книга Дом, где засыпает время, страница 18 – Агафья Вебер

Защитный заговор, который вчера показался ей просто красивым старинным стихом, сработал как мощный электрический разряд. Под водой вокруг её ног вспыхнуло резкое золотистое свечение. Болотную скверну обожгло родовой магией. Кикимора пронзительно, по-птичьи взвизгнула и с хлюпаньем отскочила в сторону, на мгновение разжав свои склизкие пальцы-водоросли.

Этого мига Татке хватило. Рука, до этого намертво зажатая жижей, вырвалась на свободу. Она рванула молнию куртки, нащупала рукоять ритуального ножа-атама и с силой вонзила клинок в плотную кочку над головой, удерживая себя на поверхности. В ту же секунду с берега живым полосатым снарядом прилетел Бакс. Огромный мейн-кун, наплевав на мокрую трясину, прыгал по редким твердым островкам мха. Его аура полыхала диким таежным пламенем. Он подскочил к самой кромке воды, вцепился мощными когтями в плечо Тани и с яростным рыком потянул хозяйку вверх, помогая ей выбраться из засасывающей пасти болота.

Татка, тяжело дыша и отплевываясь от тухлой воды, выползла на относительно крепкую мшистую кочку. Но радоваться было рано. Вся поверхность болота вокруг них вдруг заходила ходуном, а туман сгустился до грязно-зеленого цвета.

Вода закипела, и из глубины трясины медленно поднялась гигантская, оплывшая грязевая фигура. Это был сам Хозяин болот — Болотник. Тяжелый, обвешанный тиной и ряской, он дышал болотным газом. Но, вопреки ожиданиям, монстр не бросился в атаку. Он отвесил тяжелую, осязаемую оплеуху Кикиморе, которая испуганно сжалась у его ног, а затем повернул свою безглазую грязевую морду в сторону леса и издал глухой, вибрирующий гул.

Это была весточка. Прямой призыв для того, с кем у болотного владыки был заключен нерушимый договор.

Пространство на опушке леса мгновенно сгустилось. Деревья зашумели, хотя ветра не было, и из чащи скорыми, размашистыми шагами вышел Леший. Его изумрудные глаза горели яростным, карающим огнем, а суковатый посох при каждом ударе о землю выбивал зеленые искры.

— Ты что же это творишь, нечисть водяная?! — громовой голос Лешего заставил содрогнуться всю топь, а камыш испуганно пригнулся к воде. — Мы какой ряд с Водяным рядили?! Не трогать новую ведьму на горе! А твои девки болотные совсем забыли кто здесь главный ?

Болотник-старший глухо заурчал, признавая вину. Он схватил зеленоволосую зачинщицу за шиворот и с яростным всплеском утащил её за собой в самую глубокую, черную пучину топи — наказывать по своим, болотным законам. Древнее соглашение Изнанки было восстановлено жестко и безжалостно.

Леший перевел взгляд на промокшую, дрожащую от холода Татку, и его глаза снова потеплели, став добродушными.

— Жива, ведьма? — спросил он, протягивая ей длинную прочную ветку, чтобы помочь перебраться на твердую землю. — Бакс твой — молодец, истинный хранитель. И заговор ты правильный вспомнила. Но вперед наука: Изнанка ошибок не прощает. Болотный народ приструнили, больше не сунутся. А теперь марш домой, греться, пока Тимоха печь изнутри от злости не разнес!

Татьяна кивнула, сдерживая колотящий её озноб. Она крепко прижала к себе мокрого, перепачканного в тине, но гордого Бакса, и они двинулись назад, ведомые невидимой, безопасной тропой, которую Леший открыл прямо до самой калитки.

Стоило Татке толкнуть тяжелую входную дверь и переступить порог, как ледяной таежный морок окончательно отступил.