Книга Шайтан Иван 12, страница 146 – Эдуард Тен

Братья молча сидели, не произнося ни слова. Было видно, что генерал задумался.

— Могу я подумать, ваше сиятельство?

— Конечно, генерал. Завтра утром я хочу услышать ваш ответ.

— Ваше сиятельство, — вмешался Иштван. — Не могли бы вы рассказать Артуру о том, что последует после его сдачи?

— Конечно. Я понимаю, что после сдачи в плен австрийцы устроят чистку и террор против вас. Вы можете негласно дать знать тем, кто опасается преследований, чтобы они тихонько дезертировали. На границе будет дано негласное указание пропускать венгров, скрывающихся от преследования властей. Но сначала они будут военнопленными и поселятся там, где укажут власти. После того как они докажут свою лояльность Российской империи, возможно их поселение в желаемых местах. Также — приём на государственную службу и в армию. Что касается непосредственно вас, я поставлю условие, чтобы вам дали возможность уехать за границу. Если возникнет желание, вы с братом можете переехать в Россию. Я окажу вам помощь на первых порах. Думайте, Артур, хорошенько думайте.

— Я принял решение, ваше сиятельство, — неожиданно заявил Артур. — Я готов отдать приказ сложить оружие, но при одном условии.

Я молчал ожидая продолжения.

— Сдаваться я буду только фельдмаршалу Паскевичу. — Твёрдо заявил генерал Гёргий.

— Ваше условие принимается. Я объясню ваше желание его светлости, фельдмаршалу Паскевичу.

Мы встали и пожали руки.

— Два дня до нас, день на согласование и два дня обратно. Итого у вас пять дней на решение ваших дел, генерал. Не буду задерживаться, сейчас тронусь в путь.

— Ваше сиятельство, не возражаете, если с вами поедет Иштван? Мне так будет спокойней.

— Нет, генерал, не возражаю.

В обратный путь решили выехать рано утром. Генерал не советовал ехать на ночь глядя.

— Ваше сиятельство, не все командиры подчиняются мне, особенно те, кто присоединился недавно. Это остатки разбитых армий и крупных отрядов. Среди них много добровольцев из польского легиона. Вот кто будет не рад тому, что я прикажу сложить оружие.

Генерал как в воду глядел. К вечеру следующего дня начиналась дорога вдоль опушки Богушского леса. Что-то у меня начало свербить в одном месте. Я не стал испытывать судьбу.

— Костя!

Он подъехал к карете.

— Неспокойно как-то на душе. Очень. Вот что. Скоро лес начнётся, ты со своими параллельно нам пройдись. Если засада или что-то похожее, вали не раздумывая, мы поддержим. Главное — не дать им первыми по нам стрельнуть. Понял мой план?

— Исполню, командир.

Разведка спешилась и оставила лошадей с одним коноводом.

— Отставить. Полковник, с лошадьми справитесь? Каждый боец на счету, особенно разведчик.

Разведчики Кости вошли в лес и растворились в нём. Мы, выждав полчаса, тронулись, напряжённо ожидая нападения. Вахмистр со своими бойцами, помимо всего, были одеты в легкие бронежилеты, которые не особенно выделялись на них.

Дорога вышла почти вплотную к опушке. Не больше двадцати метров.

— Здесь… — Кольнуло в сердце.

В лесу раздался нестройный залп. Послышались крики. Я со своими и охраной, рассыпавшись цепью рванули на выстрелы. Добежав до линии деревьев спрятавшись за стволом я заметил мелькающие фигуры между деревьями. Открыли выборочный огонь по готовности. Медленно, с осторожностью стали углубляться в лес.