Книга Шайтан Иван 12, страница 33 – Эдуард Тен

— Егор Лукич, ты гений от народа! Так легко и просто придумал, как из положения выйти, — радостно воскликнул я.

— Да чего уж там… Пользуйтесь, ежели к месту пришлось, — осторожно ответил Фомин, не совсем понимая значения слова «гений».

Андрей и Михаил внимательно слушали Фомина.

— Ну что, отцы-командиры, услышали? Теперь думаем, анализируем. Даю вам два дня на размышления. Потом хочу услышать ваши предложения. С учётом местных особенностей.

— Я вот что думаю, Пётр Алексеевич. Стоит тебе или мне выступить с таким предложением — на меня тут же свалят всё формирование полка, а в дальнейшем и всю ответственность. Нужно ли нам это? У нас и своих забот хватает.

— Ты прав, Андрей. Тебе могут поручить и формирование, и снаряжение. С этим ты, я уверен, справишься. Но представь: если дело отдать постороннему, он только всё развалит. А не дай бог горцы его прирежут — люди они горячие, понятия дисциплины и субординации для них чужды. Вот из этого и надо исходить. Учти: в европейской части империи они будут чужаками для всех. Признавать станут только командира полка и государя. Как воины они тебе известны. Остаётся одно — умело применить такую силу. Горцы народ самолюбивый, гордый. Чуть погладить по голове, похвалить, наградить, дать им возможность на империю посмотреть, себя показать. Через два года — провести ротацию. Обучить их языку, постараться привить хоть какое-то подобие дисциплины, пусть хотя бы на родовых традициях. Поверь, вернётся человек после службы совсем другим. — Утомился я своей долгой речью.

— Во многом вы правы, командир. А не получится так, что, отслужив в полку и вернувшись на Кавказ, он воспользуется новыми знаниями, станет непримиримым и применит их уже против нас? — Выразил свои сомнения Михаил.

— Не исключаю и такого поворота. Но здесь многое зависит от того, как его обучать и как прививать лояльность к империи. Потому я и настаиваю: обучению горцев нужно уделить самое пристальное внимание. Всё зависит от командира, который будет командовать ими.

Два дня, выделенные на обдумывание мысли о создании иррегулярного горского полка, я практически обосновал и даже кратко составил структуру полка. Иррегулярность позволяла маневрировать в вопросах, когда их обычаи вступали в противоречие с уставами, — не беря в расчёт всякие положения и инструкции по несению службы. К моему удивлению, докладная записка Лермонтова во многом совпадала с моим видением создания полка. Возможно, то, что он в прошлом гусар и отменный кавалерист, позволило ему более детально и стройно описать необходимые службы и подразделения тыла. Князь Андрей по своему профилю — пехота и имел слабое представление о службе кавалериста.

Прочитав доклад Миши, я пришёл к выводу, что лучше него на должность командира полка никто не подойдёт, что и озвучил ему.

— Знаешь что, Михаил. Когда выйду с предложением о создании горского полка, буду настаивать на назначении тебя командиром полка с присвоением войскового старшины.

— Пётр Алексеевич, обязательно так? — нахмурился Андрей.

— Загибай пальцы, Андрей. Во-первых, Михаил кавалерист, гусар и отличный наездник. Это самое важное, чтобы иметь авторитет среди горцев. Хороший рубака и стрелок, джигитовка на высоком уровне. Жена у него аварка — это тоже имеет большое значение. Ну и, между нами говоря, он наш человек. Можешь предложить лучше?