Книга Морской пастух. Реальная история китовых войн, страница 82 – Пол Франклин Уотсон

— Давай! – крикнул я Марку Стерку, и мы побежали в естественную ледяную пещеру. Спрятавшись, мы слышали всю суматоху, когда наших коллег, рассредоточенных по льду и опрыскивающих тюленей до последнего, арестовывали и уводили.

Первыми были задержаны Дэвид Маккенни, Пол Пезвик и Эдди Смит, которые работали вместе более или менее одной командой. Затем Кит Крюгер, а потом Джо Гудвин.

Кит прыгал, когда подошли стражи закона, пытаясь опрыскать большое количество детёнышей, которых он обнаружил сгрудившимися вдоль гряды сжатия. Он говорил сам с собой, подбадривая себя.

— Давай, ноги, шагай! – сказал он. – Мне нужна скорость. Я здесь, маленькие тюлени! Опрыскиваю, опрыскиваю всех! Так много. Так много. Вот один за грядой. Господи! Его уже содрали! Вон там ещё три. Опрыскивай! Опрыскивай!

А затем его окружили. Он чувствовал эйфорию. Кто-то схватил его за локоть.

— Как вас зовут?

— Кит Крюгер. А вас?

— КККП.

У чиновников ушло около десяти минут, чтобы найти нас с Марком в пещере. Выдворенные из нашего укрытия, мы побежали в противоположных направлениях, когда полицейские попытались взять нас под стражу. Дудка, местный начальник Министерства рыболовства, погнался за мной. Я прыгнул на небольшую льдину посреди разводья, опасно скручиваясь и наклоняясь, чтобы сохранить равновесие с помощью своего семифутового балансировочного шеста.

Дудка остановился на краю разводья, указал на мой шест и крикнул конному полицейскому в форме:

— Стреляйте в этого человека! Он вооружён!

Офицер посмотрел на Дудку, посмотрел на меня и ничего не сделал. На мгновение я был в безопасности на своём куске льда посреди своего крошечного пруда.

Мэтт Херрон, который отставал, делая крупные планы детёнышей тюленей, подбежал, карабкаясь по льду. Он бормотал проклятия, проклиная себя за то, что упустил возможность сфотографировать наши задержания. Полицейские схватили его и положили конец фотографированию.

Дудка стоял на краю разводья, мрачно глядя на меня.

— Большой герой! – закричал он. – Стоит там посреди разводья! Большой герой! Собираешься сопротивляться аресту! Хочешь медаль?

— Вы собираетесь дать мне одну?

— Мы собираемся упечь тебя до конца твоей жизни!

— Как хотите.

Он кипел от ярости, тряся на меня кулаком. Он поднял балансировочный шест Мэтта Херрона и ткнул меня в рёбра, снова и снова. Позже я едва мог двигаться от боли в этих рёбрах. Боль была почти невыносимой, острой, как удар током. Я не знал, как избежать его тычков. Если бы я увернулся слишком быстро или слишком далеко, я бы упал с моего куска льда. Когда он ткнул снова, я размахнулся своим шестом и разбил его шест на три куска, которые упали в воду.

Один из вертолётов подлетел и буквально приземлился мне на голову. Пилот опускал его медленно, и мне показалось, что он пытается столкнуть меня вниз и сбросить со льдины. Согнувшись, я выбросил свой шест вверх, в сторону вращающихся лопастей. Словно заяц, выскакивающий из норы, вертолёт подпрыгнул примерно на двадцать пять футов в воздух и отодвинулся.

К тому времени я собрал довольно большую толпу. У Дудки было около двадцати пяти офицеров, окруживших участок воды, на котором я замариновал себя на миниатюрном айсберге. Что теперь? Я задавался вопросом, не найдёт ли кто-нибудь другой шест и не начнёт ли тыкать в меня снова. Я начал думать, что снова окажусь в ледяной воде, как в моей стычке с зверобоями в 1977 году, а это может означать новый приступ пневмонии.