Онлайн книга «1000 дней в одиночной камере»
|
Поэтому, когда я решил назвать своих детей революционными именами и символами борьбы, сама жизнь и горький опыт заставляли меня быть осторожным… Я знал многих, кого назвали в честь великих лидеров или героев, но они не оправдали ожиданий и позже сошли с пути, поддались искушениям или просто выбрали тихую жизнь. Поэтому только мученики, отдавшие свою жизнь, не могут измениться или предать. Им можно доверять абсолютно. Важно чтить их, называя наших детей их именами, передавая их дух как эстафету. Поэтому я решил назвать тебя Кассамом, посоветовавшись с твоей матерью, которая без колебаний согласилась и приветствовала это имя. Я всегда был внутренне уверен, что ты будешь достоин его, что пронесешь это имя с честью. Речь идет о самом простом и в то же время самом глубоком способе почтить наших великих мучеников, потому что нации и народы гордятся и ценят своих мучеников превыше всего. Они – честь нации, символы её достоинства и гордости, самое чистое выражение её свободной и подлинной воли. Ведь свобода народов достигается только жертвами, и её творцы – те, кто пожертвовал своей жизнью ради свободы своей родины и независимости своего народа. В нашем палестинском случае бесконечные караваны мучеников вновь пробудили наше национальное дело, которое почти угасло в мире, и вернули нашу проблему в международную повестку дня, и это одна из величайших, хоть и трагических, побед Палестины… Мой дорогой любимый сын, я помню тот день, 1 марта, день моего освобождения из тюрьмы после долгого административного задержания… Я не просто спешил, я летел добраться до дома; я вышел из ворот тюрьмы «Дженид» под Наблусом, вдохнул воздух свободы, который жжёт легкие, и взял первое попавшееся такси… Все мысли были о тебе, о твоей матери, о нашем доме в деревне Кубар. И по дороге, глядя на проносящиеся мимо холмы и оливковые рощи, я снова и снова задавал себе один вопрос: кто эти люди, которые приехали из Польши или Америки… и поселились здесь менее чем за сто лет, утверждая, что у них есть историческое право на эту землю, на которой мы живём, которую мы возделываем и хороним в ней наших предков более четырёх тысяч лет, по крайней мере? Наша страна – плоть от плоти этой земли. На протяжении всей истории мы, хананеи, филистимляне, ханаанцы, развивали на этой земле нашу великую цивилизацию и сопротивлялись всем захватчикам, которые проходили через неё, оккупировали и правили ею. Но они уходили, а мы оставались, и наша страна, наша земля оставалась нашей. Наши предки выстояли перед лицом захватчиков, как бы они ни назывались – римляне, крестоносцы, мамлюки, османы, британцы – и какими бы могущественными они ни были. Все захватчики ушли, а палестинцы остались на этой земле, как остаются камни и оливы. Аллах почтил нашу страну и этот Благословенный край… Он сделал его местом вознесения Пророка Мухаммеда и колыбелью Господа Иисуса, мир ему. Ни одна великая или могущественная империя не существовала в истории, не простирая свои пределы и амбиции к этой земле, отличительной своим географическим и стратегическим расположением, своим климатом и рельефом, своей историей, разнообразием и плюрализмом своего общества. На протяжении всей истории наш народ сохранял свою цивилизацию и свою страну; он объединялся в рамках религиозного и политического плюрализма, всегда сохраняя в целом мирные отношения со своими соседями и продолжая развивать свою цивилизацию, пока не началось сионистское вторжение, использовавшее все средства – от подкупа до террора… мобилизовав огромные финансовые возможности, имеющиеся у евреев в диаспоре, и собрав их из разных уголков земли, объединив деньги, мужчин и женщин, идеологию и пропаганду… чтобы осуществить свой чуждый поселенческий проект… Сионистское движение считало себя авангардом западного колониализма на Востоке… и действовало с помощью этого оружия, денег, снаряжения, международной поддержки и, в конечном итоге, несправедливого решения о разделе 1947 года… |