Книга Реакционный манифест. Поваренная книга имперца, страница 14 – Ярвин Кёртис

Прискорбно, что феминистки или любые другие защитники человеческой свободы и достоинства прибегают к оскорблениям и несправедливости. Столь же прискорбно, что все феминистские нападки на мое эссе неявно отрицают обоснованность двух достойных и, вероятно, необходимых возможностей: брака как состояния взаимопомощи и домашнего хозяйства как экономической единицы.

Брак, в его, очевидно, самой популярной ныне версии, представляет собой, с одной стороны, интимные «отношения», включающие (в идеале) двух успешных карьеристов в одной постели, а с другой стороны – своего рода частную политическую систему, в которой права и интересы необходимо постоянно утверждать и защищать. Иными словами, брак теперь принял форму развода: затяжных и страстных переговоров о том, как следует разделить имущество. Во время своего, как легко понять, временного союза «супружеская» пара, как правило, потребляет большое количество товаров и значительную долю друг друга.

Современное домашнее хозяйство – это место, где потребляющая пара осуществляет свое потребление. Ничего производительного там не делается. Та работа, которая там делается, делается за счет проживающей там пары или семьи и в интересах поставщиков энергии и бытовой техники. Для развлечения обитатели потребляют телевидение или покупают другие потребительские развлечения на стороне.

Однако все еще существуют некоторые супружеские пары, которые понимают себя как принадлежащих своему браку, друг другу и своим детям. То, что у них есть, у них общее, и поэтому помощь друг другу не кажется им просто наносящей ущерб их способности конкурировать друг с другом. Для них «мое» – не такое могущественное или необходимое местоимение, как «наше».

Такой брак обычно имеет в своей основе домашнее хозяйство, которое в некоторой степени является производительным. То есть пара создает вокруг себя домашнюю экономику, которая включает в себя работу и жены, и мужа, дает им определенную экономическую независимость и самозащиту, определенную степень самообеспечения, определенную степень свободы, а также общую почву и общее удовлетворение. Такая домашняя экономика может включать в себя навыки и труды домоводства, плотницкого дела и других ремесел, связанных со строительством и обслуживанием, садоводства и других отраслей натурального сельского хозяйства, а также даже управления лесным участком и рубки леса. Она может также включать в себя некое «надомное производство», например, небольшое литературное предприятие.

Очевидно, сколько умения и труда любой из партнеров может вложить в такое домашнее хозяйство и какой хороший экономический результат может дать такая работа, и тем не менее это вид работы, который сейчас часто презирают. Мужчины в целом первыми стали презирать его, когда ушли из него ради профессиональной зарплаты или почасовой оплаты, а теперь его презирают такие феминистки, как те, что нападали на мое эссе. Так, жен фермеров, которые помогают вести то домашнее хозяйство, которое я описал, феминистки, бывает, спрашивают, и с большой снисходительностью: «Но чем вы занимаетесь?» Этим они неизменно подразумевают, что есть что-то лучшее, чем создавать свой брак и домашнее хозяйство, и под «лучшим» они неизменно подразумевают «работу вне дома».