Книга Прочнее оков, страница 71 – Ольга Куно

Нэнси была в восторге. Керсингтон, как мне кажется, тоже взирал на нас с некоторым удовольствием, хоть это и было не столь очевидно, как в случае с кухаркой. А вот Альдриг, ко всем моим предыдущим мужчинам относившийся с полным равнодушием, Людвига явно недолюбливал. В чём крылась причина, оставалось для меня загадкой: никаких явных, бросающихся в глаза недостатков я в своём новом кавалере не видела.

Время было самое что ни на есть подходящее для чаепития, половина шестого, так что мы расположились в гостиной, поели торт и закусили пирожными, к полнейшему умилению Нэнси. И разговоры при этом вели про самую настоящую живопись. Обсуждали, как тема внутреннего мира человека передаётся через пейзажи. А затем переместились в библиотеку. Керсингтон открыл бутылку лёгкого красного вина, разлил по бокалам и удалился. Альдриг держался в стороне, рядом со входом, мы же с Людвигом прошли к стеллажам.

— Очень трогательная была церемония вчера на похоронах, верно? – заметил Людвиг, разглядывая корешки.

— Да. Архиепископа многие любили, - согласилась я.

— Особенно красиво выступил герцог вен Ольсо. Я, признаться, ничего подобного от него не ожидал.

— Если честно, я внимательно не прислушивалась. Не люблю речи. Будь то похороны, свадьбы или церемонии вступления в совершеннолетие. Говорят примерно одно и то же, одними и теми же словами. Иногда мне кажется, что перед собственными похоронами стоит умереть только ради того, чтобы не пришлось выслушивать все эти речи с глубокомысленным видом и вежливо улыбаться в нужных местах.

— Ты цинична, - с улыбкой заметил Людвиг, подходя к окну.

— Да, министр иностранных дел упрекает меня в том же самом, - не стала спорить с очевидным я.

Людвиг рассматривал предметы, развешенные справа от окна. Это была единственная свободная стена, все остальные заставлены стеллажами с книгами.

— Что это? – спросил он, указывая на клинок подлиннее кинжала, но короче обычного меча.

— Семейная реликвия, - откликнулась я, подходя поближе. – Передаётся из поколения в поколение. Мой прапрапрадед убил этим мечом напавшего на него воина-саракудзи. Проколол насквозь. Видишь, вот здесь полосочка? У саракудзи особая кровь, клинок так и не удалось полностью очистить.

Под саркастическим взглядом Альдрига я не выдержала и рассмеялась.

— Ты всё это только что выдумала? – догадался Людвиг.

— Ага. Этот дирк просто висит в качестве украшения, никаких особых историй. Мне подарили его несколько лет назад в Астардии, там все помешаны на оружии, и такие вот сувениры – обычное дело.

— Понятно.

Людвиг аккуратно снял кинжал со стены и принялся с интересом вертеть его в руках.

— Между прочим, я нашла ту книгу о фобиях.

Я собиралась возвратиться к стеллажам, но кавалер остановил меня, негромко спросив:

— А что, мы разве не останемся одни?

— Мы и так одни, - удивилась я.

— То есть как, а он?

Людвиг обернулся к Альдригу.

— А, так это мой телохранитель, он всегда рядом, - откликнулась я и подойдя к полке, принялась водить пальцем по корешкам.

— Но, полагаю, сейчас нам не понадобится телохранитель, - воззвал к моей рациональности Людвиг.

— Это верно, - кивнула я. Нужная книга нашлась, я достала её с полки и прошла к креслу, стоявшему возле низкого столика. – Альдриг, ты правда можешь идти, заняться своими делами.