Книга Прочнее оков, страница 80 – Ольга Куно

Первые две ночёвки прошли без приключений, а вот третий вечер не задался. К тому времени путешествие успело несколько меня утомить. Договорившись обо всём с хозяином, я подумывала о том, чтобы не спускаться к ужину, а сразу отправиться спать, но потом всё-таки решила, что усталость усталостью, а с собственным желудком следует обращаться уважительно.

Кара за чревоугодие поджидала меня на лестнице в виде шаткой ступеньки, предательски качнувшейся прямо у меня под ногой. Я, как на грех, не держалась в тот момент за перила и наверняка полетела бы кувырком вниз, если бы меня не придержал под локоть незнакомый седовласый мужчина. Вновь обретя равновесие (как физическое, так и душевное), я первым делом подумала, что преувеличила достоинства местных постоялых дворов, и только во вторую – что незнакомца следует поблагодарить. Что я и сделала.

Слово за слово, мужчина представился и предложил мне присоединиться к нему за ужином. Не то чтобы я горела желанием общаться, однако отказываться в сложившихся обстоятельствах было бы несколько невежливо. Пришлось согласиться.

Вот так и сложилось, что тем вечером я сидела за столом вместе с Питером Ваксхедом, дворянином из западной Вестрали, приехавшим в восточную её часть по делам. На вид ему было за пятьдесят, при этом он производил впечатление человека энергичного, здорового и вообще не обиженного жизнью, обладал прекрасным аппетитом (в этом я легко могла убедиться) и весьма зычным голосом. Последнее было очевидно не только мне, но и приличному числу ужинавших поблизости постояльцев.

— Мой отец был бароном, - распространялся мой новый знакомый, пока мы дожидались заказанного рагу. – Титул унаследовал мой старший брат: таковы законы, тут уж ничего не поделаешь. Но я не в претензии: у меня прекрасная усадьба и хороший доход с земель.

Я кивала с умным видом и старалась не произносить ни слова, надеясь, что без такой поддержки красноречие Ваксхеда рано или поздно сойдёт на нет. В итоге эффект оказался прямо противоположным: собеседнику явно понравилась моя молчаливость.

— Вы такая изысканная женщина, со столь идеальными манерами!

Я чуть не закашлялась. Мужчины делали мне немало комплиментов, в том числе и абсолютно заслуженных, но этот конкретный к числу оных явно не относился. Слышали бы вы, как я ругаюсь, господин сын барона! Впрочем, ещё немного беседы в подобном духе – и наверняка услышите.

— Вы, вероятно, иностранка? – осведомился он.

— Да, я прибыла из Дилии.

— Я сразу так и подумал! – воскликнул Ваксхед. – Во-первых, ваш акцент. А во-вторых, манеры! Вы дадите фору любой вестральской женщине. Не хочу никого обидеть, но наши женщины немного вульгарны.

Я подумала, что, если собеседник действительно не хотел никого обидеть, ему бы следовало понизить голос. Но, по-видимому, подобные мелочи ему в голову не приходили.

— Дилия – очень, очень культурное государство. Прекрасное воспитание, образование, всё так, как должно быть. А какие картинные галереи!

Я тоскливо покосилась на Ваксхеда. Вот уж кого я точно не стала бы приглашать к себе домой, чтобы поговорить о живописи.

— Не то что Сильверия с этим их немыслимым укладом. Подумать только: женщины во главе герцогства! Я сразу говорил, что это плохо кончится, - доверительно сообщил он.