Книга Брачное агентство Миры Роун. Дом выбрал вам судьбу, страница 20 – Марина Исайр

— Дом, скажи, что местные деньги почти ничего не стоят, — попросила она, хотя уже подозревала, что ответ ей не понравится.

На полях уведомления медленно проступила приписка знакомым почерком Эвелины:«Стоят. Много. Прости». Миранда ещё несколько секунд смотрела на эти слова, после чего аккуратно положила лист на стол, словно резкое движение могло сделать сумму ещё больше.

— Значит, вместе с домом и агентством мне достались ещё и долги, — произнесла она, оглядывая остальные бумаги. — Хотя я до последнего рассчитывала на трупы или родственников. С ними хотя бы понятнее, с чего начинать.

Где-то на втором этаже виновато хлопнула дверца шкафа, и Миранда медленно подняла голову.

— Даже не хочу знать, какое отношение ты имеешь к этому списку.

Ответа не последовало, зато Пик запрыгнул на стол, прошёлся по письмам с видом полноправного владельца имущества и улёгся прямо на уведомление, подмяв его под пушистое брюхо, словно финансовая катастрофа была всего лишь особенно удобной подстилкой.

— Слезь с финансовой катастрофы, — потребовала Миранда, пытаясь вытянуть лист из-под котёнка. — Я понимаю, что от твоего меха сумма не уменьшится, но мне неприятно видеть, как кто-то настолько спокойно лежит на моём банкротстве.

Пик лениво перевернулся на спину, раскинул крошечные крылышки и посмотрел на Миранду с такой безмятежностью, будто лежал не на уведомлении о внушительной задолженности, а на законно приобретённой шёлковой подушке. Она выдержала этот взгляд несколько секунд, затем всё-таки подняла котёнка и переставила на свободный край стола, где не было ни счетов, ни угроз приостановить лицензию, ни других документов, способных испортить ему отдых.

— Не смотри на меня так. Я ещё не решила, что эти долги действительно мои, — предупредила Миранда, расправляя помятый лист. — Я не подписывала договор, не принимала имущество по акту и даже не присутствовала при собственном вступлении в наследство. С юридической точки зрения передача собственности организована крайне сомнительно.

Словно дожидаясь окончания возражений, чистый лист рядом с уведомлением едва заметно дрогнул, и на нём проступила короткая строка:«Дом принадлежит хозяйке. Долги принадлежат дому».

— Какая удивительно удобная правовая конструкция, — заметила Миранда, перечитывая написанное. — Дом принадлежит мне, а всё неприятное принадлежит дому, который, в свою очередь, тоже принадлежит мне. Даже в моём прежнем мире кредиторы не решались формулировать ловушки настолько откровенно.

Чернила снова пришли в движение, добавляя ниже:«Доходы тоже».

— Доходов я пока не наблюдаю, — напомнила она. — Если не считать одного агрессивного клиента, угрозы магистратским предписанием и кота, который пытается съесть бухгалтерию.

В ответ за стеной что-то негромко звякнуло, после чего на стол выкатился одинокий медный кружок. Он сделал небольшой круг между бумагами, остановился возле её ладони и блеснул так выразительно, словно дом только что представил исчерпывающий финансовый отчёт.

Миранда посмотрела на монету, затем на внушительную стопку счетов.

— Впечатляет. С такими темпами к концу года мы сможем позволить себе вторую монету. Главное — не тратить первую без утверждённого бюджета.

Выговорив все это Миранда вздохнула, раскрыла синюю книгу и быстро просмотрела первые страницы. Руководство объясняло, что дом выбирает посетителей по связям, которые те не замечают или намеренно отрицают. Агентство не столько подбирало пары, сколько помогало людям увидеть уже существующие чувства, долги, обещания и привязанности. Иногда итогом становился брак, иногда — дружба, примирение или честный отказ. Это звучало разумнее, чем насильственное распределение одиноких граждан, но не настолько разумно, чтобы Миранда добровольно согласилась участвовать.