Книга Наследник Тумана. Том 2, страница 21 – Сергей Карелин

«Хозяин расстроен».

Я попытался объяснить мысленно, почему, но спутница меня прервала.

«Мара поняла. Мара поможет?»

«Как?» — уставился я на нее.

«Мара пойдет с хозяином. Мара будет отвлекать людей. Хозяину не надо переживать».

И что мне ответить? Оставалось только согласиться. По крайней мере, Мара уже доказала, что на нее можно положиться и что она умнее многих людей, которых я когда-то знал. Так что мы с ней отправились к КПП. Я невольно окинул его взглядом. Камер видеонаблюдения к моему удивлению и облегчению не было. В широком проходе между дверьми на небольшом столе стопка марлевых масок. Как удачно… Хотя я сам должен был догадаться взять ее заранее.

Надев маску и сдвинув кепку на лоб так, чтобы козырек максимально закрывал глаза, открыл еще одну дверь и оказался на проходной. Здесь все было стандартно: вертушка и окно с сидевшим за ним охранником. Благодаря Маре мы легко прошли на территорию и отправились к центральному входу главного корпуса, как подсказал нам охранник.

Вот у этого входа, я уже увидел парочку камер, но при моем нынешнем «прикиде» вряд ли с их помощью можно определить, кто это идет.

Запахи всех больниц, как по мне, одинаковы… Никогда не любил их. Хлорка, антисептики, может еще чего… И клиника Брусницкого не стала исключением. Да и внутри все было стандартно. Просторный холл со стойкой охраны и несколько окон администраторов.

Охранник у рамки металлоискателя проводил меня ленивым взглядом, а я старался не обращать внимания на постоянно выскакивающие перед глазами строчки о ментальном воздействии своего питомца.

За стеклом сидела женщина средних лет в белом халате поверх серого платья. Она подняла глаза и поморщилась. Видимо, мой внешний вид не соответствовал одежде посетителей клиники.

— Чем могу помочь, господин?

— Мне к князю Александру Сергеевичу Волконскому.

Она на секунду замерла, потом быстро открыла журнал.

— Фамилия?

Я замялся, но вновь увидел надпись о ментальном воздействии.

Женщина замерла, потом посмотрела на меня, и на ее лице появилась дежурная улыбка. Захлопнула журнал, ничего туда не записав, напечатала пропуск и протянула мне через нижнюю щель.

— Пожалуйста. Третий этаж, палата триста первая. Лифт справа, затем по коридору до поста медсестер.

— Спасибо.

Я взял пропуск и направился к лифту.

На третьем этаже было тише. Мягкий свет и коридор с ковровой дорожкой. Медсестра на посту проводила меня равнодушным взглядом одновременно с очередной надписью о ментальном воздействии. Интересно, сколько у нее энергии подобная магия отнимает? Особо уставшей она не выглядела.

Палата под номером 301 находилась в конце коридора. Там лежал мой отец, точнее, отец Михаила Рощина. Князь Александр Сергеевич Волконский.

Я остановился перед дверью палаты и на секунду задержал дыхание.

Странно, но взяться за ручку двери было сложнее, чем вести караван в Тумане. Я вдруг понял, что не хочу открывать эту дверь. За ней лежал человек, которого Койот называл отцом, и именно он, я в этом не сомневался, был основной причиной проблем того, в чьем теле я оказался.

Взял себя в руки и открыл дверь. Мара осталась за порогом со строгим наказом сделать так, чтобы ее никто не заметил.

Палата оказалась просторной и дорогой. Не больничная коробка на нескольких больных, а отдельная комната с широким окном, светлыми стенами, мягким креслом у кровати и аппаратурой, тихо попискивающей у изголовья.