Книга Мифы близкого будущего, страница 2 – Джеймс Грэм Баллард

– Вы учились на медицинском и как-то сказали, что современный писатель обязан быть в некотором роде ученым. Не жалеете, что так и не стали врачом?

— Медициной я очень увлекался. Два года подряд препарировал трупы, и этот опыт оказался во всех смыслах очень полезным. Да, я действительно верю, что писатель должен быть подобен патологоанатому в прозекторской. И сам очень хотел стать врачом, но стремление писать оказалось сильнее. От друзей-старшекурсников я слышал, что в Лондоне, стоит только прийти на постоянную работу или хотя бы стажировку в больницу – и все, работа поглотит тебя с головой, времени писать не останется. А не писать я не мог.

– Как вам кажется, есть ли в ваших произведениях мораль?

— Не уверен. Я себя считаю не морализатором, а скорее исследователем. Разведчиком, высланным вперед, чтобы проверить, можно ли пить воду из реки.

– Как исследователь – или разведчик – вы обнаружили жутковатый провидческий дар, сделав в «Выставке жестокости» знаменитое пророчество о том, что Рейган станет президентом. И я помню, как один обозреватель, говоря о последствиях урагана в Новом Орлеане, упомянул ваш «Затонувший мир». Вас никогда не пугала такая способность к предвидению?

— Это предвидение исследователя – или, скажем так, первая система оповещения. Один из важных уроков, усвоенных мною за время войны, состоит в том, что наша жизнь – всего лишь театральная декорация. Да, привычные будни, школа и дом, знакомая улица и все такое прочее, походы в бассейн и в кино – словом, все вокруг, что кажется вечным и незыблемым, на самом деле просто декорация. Которую за одну ночь могут разломать и выбросить. Именно так и случилось, когда японцы заняли Шанхай и перевернули нашу жизнь вверх дном. Наверное, это выработало во мне такой стойкий скептицизм, что он меня не покидает даже здесь, в благоустроенной английской глубинке. Все, что нас окружает, не столь безопасно и долговечно, как мы привыкли считать. Просто не надо слишком много думать об урагане «Катрина» и Новом Орлеане – это, кстати, касается и всего прочего. Мои книги по большей части – попытка понять, что же происходит вокруг нас. И насколько мы отличаемся от высокодуховных представителей рода человеческого, которыми себя мним. И это, наверное, относится ко всему, что я написал. Да, думаю, тяга к исследованию – вот истинная основа всех моих романов.

Открытие в 2001 году эффективного способа перемещений во времени имело ряд важных последствий – главным образом для телевидения. Последняя четверть двадцатого столетия стала свидетелем впечатляющего роста телевещания на всех континентах планеты – трансляцией программ занимались американские, европейские и австралийские компании, причем аудитория каждой, согласно их утверждениям, насчитывала по миллиарду зрителей.

Как ни парадоксально, несмотря на колоссальные финансовые ресурсы, телекомпании столкнулись с хронической нехваткой новостей и развлекательных передач. Вьетнам, эта первая «телевизионная» война, подарила зрителям всю радость прямых трансляций с поля боя, однако войны в целом вскоре прекратились – не говоря о любых других серьезных вещах, стоило населению планеты повсеместно посвятить себя просмотру передач.

И вдруг было сделано удачное открытие – путешествия во времени.