Книга Обнулённый 4, страница 95 – Макс Гато, Виктор Рэн

— Северные это Легион, — Векс опустилась на землю и обхватила колени руками. — Точнее, покровители Легиона. Они постоянно зовут тех из наших, кто ходит без договора.

— А западные?

— Западные — Анклав. Там таких меньше, потому что Анклав как раз для того и создавался… впрочем, какая теперь уже разница. У Трибуна стало слишком много силы, — Она провела ладонью по лицу. — Теперь Анклав понемногу становится тем же, от чего бежал. Мой отец это понимал.

Я сел на землю рядом с ней.

— Ты слышишь эти голоса всё время?

— Раньше они были тихими, — произнесла Векс. — С того дня, как мы приехали в Косинец, они все громче и громче зовут меня.

— И ты молчала, — с укором сказал я.

Я обнял ее одной рукой и притянул к себе. Векс заворочалась на земле и положила мне голову на плечо.

— А что бы это изменило? — ответила она. — Ты бы не смог помочь, зато начал бы за меня беспокоиться. А от этого мне ни холоднее, ни теплее.

Мы немного посидели молча. Ощущение не ушло совсем: оно осталось где-то на границе восприятия, как звук, который перестаёшь замечать, пока не прислушаешься нарочно.

— Один из голосов с запада звучал как-то особенно зло, — сказал я.

Векс повернула голову.

— Не знаю. Для меня они все звучат одинаково.

В этот момент ночную тишину разрезали громкие голоса со стороны площади. Я поглядел на Векс и она усмехнулась и отстранилась.

— В такие моменты мне хочется, чтобы ты не был командиром, — сказала она и поднялась на ноги.

— В прошлый раз ты сбежала сама, — заметил я.

Векс подобрала камень с земли, но обернула его в тряпицу и сунула в карман. Мы быстро вернулись к площади, на которой даже в темноте я разглядел рыжую голову Ригана. Он тяжело опирался на колени и старался отдышаться. Перед ним был Бенджи с обеспокоенным видом. Заметив нас, Бенджи тут же выпалил:

— Капитан! Там всадник у ворот!

— Это не может быть Децим, — удивленно протянул я.

— Может его волки погрызли и избавили нас от проблем, — прошептала мне на ухо Векс.

— Никак нет… это не… Децим, — распрямился Риган, все еще толком не отдышавшись. — Там один человек, верхом, лошадь загнал вусмерть. Говорит, что прибыл с юга. Из Талвега. И что у него послание для леди Лилианы Блэквуд.

— Что за послание? — спросил я.

Внутри к горлу подходило неприятное чувство.

— Не говорит. Сказал только, что передаст лично в руки и никому больше. — Риган переступил с ноги на ногу. — Капитан, там на свитке печать. Я в них не силен. Но видел такую однажды. Когда к нам приказ приходил про сержанта Торма.

Выходит, это печать дома Красс.

— Ты предупреди Лилиану, — обратился я к Бенджи. Он козырнул мне и побежал в сторону господского дома. — А мы пойдем и посмотрим, чего там от нас хочет посланник семьи Красс.

Гонца я разглядел ещё от площади.

Он стоял у самых ворот, привалившись плечом к створке, и держал под уздцы лошадь, раздувавшую бока и хрипящую на каждом вдохе. По тому, как животное переступало с ноги на ногу, было ясно, что дорога у него выдалась долгая и тяжелая.

Сам гонец выглядел немногим лучше лошади. Молодой парень в цветах Красса, с серым от пыли лицом и красными глазами человека, который спал только в седле, да и то урывками.

— Именем барона Теодора Красса, — выговорил он, когда мы подошли, и голос у него сорвался на середине. — Послание для леди Лилианы Блэквуд. Лично в руки.