Книга Обнулённый 5, страница 6 – Макс Гато, Виктор Рэн

— Я и не думаю, что нас будут травить в первую же ночь.

— Тогда что ты ищешь?

— Спокойствие души, наверное, — выдохнул я.

— Ну-ну, — проговорил Лазарь с несвойственной для себя иронией в голосе.

Когда мы разместились по комнатам, я разложил свои немногочисленные вещи. А затем Лилиана появилась в дверях.

— Рилл, — произнесла она. — Поднимись со мной. Есть разговор, и он требует некоторой… приватности.

Я последовал за ней и оказался в маленькой комнате со слуховым окном, в которой теперь стоял небольшой столик, на котором лежала одежда.

Лилиана поставила подсвечник на подоконник и села на край, скрестив руки на груди.

— Распорядитель что-то знает, — сказала она. — И я хочу понять, что именно.

— Начнём с того, что уже понятно сейчас, — предложил я. — Беатрис ждала нас давно и точно поставила в прислуги своих людей.

— Может, она так показывает, что рада моему выздоровлению, — усмехнулась Лилиана.

Я ответил ей небольшой улыбкой, признав шутку, и продолжил.

— Она «приготовила для тебя кое-что особенное», — добавил я. — Вот это меня беспокоит больше остального.

— Тут может быть несколько вариантов, — произнесла она. — И все они для нас скверные.

— Слушаю.

— Первый: она собирается объявить что-то о моей семье публично, на приёме, при представителях знати. Обвинение, приговор, лишение звания или земли.

— Второй?

— Второй мягче. Она собирается чем-то меня одарить. Вернуть какую-нибудь привилегию, простить часть долгов, что-нибудь такое, что делает меня обязанной ей при свидетелях. Это хуже, чем кажется: если она меня облагодетельствует у всех на глазах, я больше не смогу открыто просить за отца и брата, потому что просить после дара было бы позором для знатной семьи.

— Это вряд ли, — покачал головой я.

Иеремия, с которой я дрался в Сером лесу, не станет никого ничем одаривать. Она только забирает.

— Почему ты так думаешь? — подняла бровь Лилиана.

— Лучше поверить мне на слово. Здесь я тебя не обманываю.

— М-м-м-м, — многозначительно протянула Лилиана. — Значит, ты обманываешь меня в чем-то другом. Это полезно знать заранее.

Я улыбнулся, стараясь свести все в шутку. Потому что и правда скрывал от нее сразу несколько важных вещей.

— Беатрис, которую я помню, не умела намекать, — вздохнула Лилиана. — Она была прямая до грубости, говорила, что думает, и терпеть не могла сидеть за столом. А то, что нам сейчас передали через распорядителя, на нее совсем не похоже.

— Значит, будем готовиться к худшему, — произнёс я. — Что бы она ни приготовила, она не оставит нас в покое. Это единственное, в чём я уверен.

Лилиана кивнула и поднялась с подоконника. Взяла сложенную тёмную ткань и развернула её перед собой.

В ее руках был камзол. Тёмно-синий, почти чёрный в полумраке тесной комнатушки, но прошитый серебряными нитями.

— Отцовский, — сказала она. — Он надевал его один раз девять зим назад, когда у него еще не было такого хорошего аппетита.

— Надевать чужую вещь это как-то… — поморщился я.

— Не спорь, — Лилиана шагнула ко мне и приложила камзол к моим плечам, прикидывая размер. — Ты войдёшь в зал со знатью со всей округи через два дня, и выглядеть должен соответствующе.

Она отступила на шаг и оглядела меня целиком, от сапог до макушки.

— Снимай куртку.

Я пожал плечами, стянул куртку и бросил её на пол. Потом стянул и рубаху, потому что под неё камзол не сядет, а изображать смущение было поздно. Особенно учитывая, что совсем недавно я держал ее в спальне в одной рубахе.