Книга Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью, страница 177 – Елена Ковальская, Михаил Угаров, Иван Угаров

Студентка: Человек в футляре.

Угаров: А че же он в футляре-то? Футляр он довольно быстро распахнул.

Студентка: Ну это философия человека в футляре, там все по полочкам.

Угаров: Там немножко такой смятенный мир. Вам не показалось? Такое смятение, а я пытаюсь по полочкам.

Студентка: У меня было вначале ощущение сжатости, а потом ты понимаешь, что это не сжатость, это – сжали.

Первый студент: Интегрировался делать немужское. Не знаю, вытекает ли это из ванны. (смех в аудитории)

Второй студент: Я еще отметил последовательность: «в мужчинах бесит тупость, в женщинах – самоуверенность». Рядом особенно это звучит.

Угаров: И он еще добавил: «В мужчинах бесит удачливость». Тоже удивляет. Вот смотрите, вот я тоже…

Студентка: Можно добавить? Я в декабре читала Брейвика…

Угаров: Брейвик? Подождите, мы договорились, что мы историю отделяем от человека, поэтому такие определения, как «Брейвик», они имеют отношение не конкретно к Андрею Комарову, а к тому персонажу, который вдруг здесь возник. А он очень объемный, я прям его чувствую. И очень трудно выбрать слово, и ты долго не можешь это слово выбрать, потому что живое очень трудно зафиксировать в определении – значит, надо пытаться взять первое рабочее определение, второе рабочее, третье уточненное – исходя из этого, для чего это нужно. Я включился в историю, я понял ее структуру, и вдруг я понял, этого не хватает. Что здесь не добыто?

Студентка: Все, что Андрей говорил про ориентир.

Угаров: Это хорошие мысли: человек сам себе ориентир. Интересная, богатая тема, там можно с этой темой работать. Да? Это концепт. Интересно рассматривать этот феномен. Потому что я бы хотел быть сам себе ориентиром, у меня не получается. А хотел бы. И многие хотели бы. Тогда, если это концепт, ваше предложение узнать немножко против концепта работает. Надо либо на контрасте к нему работать…

Хорошо, я понимаю, что сейчас очень трудно взять и сформулировать это. Значит, это первое рабочее определение. Мы пойдем дальше, и дальше будем уже уточнять.

Давайте двигаться дальше.

У нас есть одиннадцать женщин, которые взяли одиннадцать интервью.

Остальные женщины, пожалуйста, находите героев и берите интервью. Повторяю еще раз, лучше искать друзей раскрывающихся, а не кого-то дома терзать. Описывайте место действия, время.

Если на себя обращает внимание, описывайте состояние. Он был слегка пьян – важная вещь. Нервничал – важная вещь. Это иногда может решить материал.

Вот идет в «Театре.doc» очень хороший спектакль уже не новый – «ДОК.ТОР». Он на фестивалях много взял призов. Лена Исаева была в гостях у кого-то, а там сидел провинциальный доктор-врач. И он начал рассказывать свои истории, как он работает. Это было настолько интересно, что она ему назначила отдельную встречу. А он это неправильно понял. И, короче говоря, он подробно рассказывал интереснейшие вещи. Но он это рассказывал с целью, совершенно понятной. И вот этот шлейф в тексте остался: дядька, мужик тридцатилетний, он как бы так гарцует. Рассказывает он про ужас советской медицины, но рассказывает, пытаясь страшно понравиться. Он себя ощущал героем таким. Рассказывает цепочку подвигов. Исаева очень правильно сохраняет и указывает на эту деталь – что это не просто информация, он рассказывает ее с определенной целью.