Книга Метамышление. Как нейронауки помогают нам понять себя, страница 22 – Стивен М. Флеминг

В классическом эксперименте Пьера Фурнере и Марка Жаннерода, стремившихся количественно измерить такого рода быстрые автоматические исправления ошибок, участники должны были перемещать компьютерный курсор в определенное место на экране. Убедившись, что руки участников скрыты (чтобы им был виден только курсор), исследователи вносили небольшие отклонения в движение курсора и наблюдали за происходящим. Они обнаружили, что, когда курсор сбивался с курса, участники тут же исправляли его траекторию, даже не осознавая этого. Исследователи пришли к следующему выводу: «Мы обнаружили, что испытуемые преимущественно игнорировали фактические движения, совершаемые их рукой». Другими словами, низкоуровневая система неосознанно отслеживает, как мы выполняем задание, и исправляет – как можно эффективнее – любые отклонения от цели^[46].

Мозжечок, название которого в переводе с латинского означает «малый мозг» (cerebellum), считается одной из частей мозга, играющих ключевую роль в этом исправлении ошибок. Он выглядит как вспомогательный мозг, привинченный к основному снизу. Но на самом деле мозжечок содержит более 80 % всех ваших нейронов – около 69 миллиардов из 85. Совокупность его нейронных связей красива своей упорядоченностью: здесь находятся миллионы так называемых параллельных волокон, пересекающихся под прямым углом с клетками Пуркинье – нейронами, которые выделяются своими огромными, крайне развитыми дендритными деревьями. Информация поступает из коры головного мозга в виде серии сигналов, при этом участки коры головного мозга направляют их в те же области мозжечка, из которых они получают данные. Существует одна гипотеза, что мозжечок получает копию двигательной команды, которая посылается мышцам, подобно тому как получают копию электронного письма. Затем он генерирует ожидаемые сенсорные последствия действия – например, плавное продвижение руки к цели. Если эти ожидания не совпадают с сенсорной информацией о том, где на самом деле находится моя рука, он быстро вносит коррективы, чтобы вернуть ее на правильный курс^[47].

В инженерии такая модель называется упреждающей. Упреждающие модели сначала предугадывают последствия определенной двигательной команды, а затем отслеживают расхождение между текущим и ожидаемым состояниями, при необходимости внося небольшие корректировки. С самого детства я люблю ходить под парусом: участвую в гонках на небольших парусных яхтах либо совершаю круизы на более крупных суднах. Путешествуя, я прибегаю к несложной упреждающей модели, чтобы нейтрализовать влияние прилива на положение лодки. Когда я прокладываю курс к гавани своего назначения, GPS сообщает мне, нахожусь ли я слева или справа от прямого пути, и я могу внести соответствующие поправки, не заботясь об общем курсе. Зачастую это приводит к тому, что лодку заносит в сторону прилива, подобно тому как вы инстинктивно гребете против течения, переплывая реку. Случайному наблюдателю покажется, будто поправка на прилив была тщательно спланирована заранее, но в действительности это результат множества небольших корректировок, вызванных сигналами о локальных ошибках.

В таком алгоритме важно отслеживать отклонения от запланированного хода событий. Это означает, что информация, поступающая от органов чувств, может быть просто проигнорирована, если она соответствует ожиданиям, – еще одна особенность предиктивного управления, подтвержденная экспериментами с участием добровольцев. Например, если я передвину вашу руку, ваш мозг получит информацию об этом благодаря изменению положения суставов и мышц. А если вы сами подвигаете собственной рукой, то такая сенсорная обратная связь погасится, потому что происходящее будет в точности соответствовать вашим ожиданиям (именно поэтому нельзя пощекотать самого себя). Эти нейронные алгоритмы, нацеленные на обнаружение отклонений в наших движениях, могут становиться причиной некоторых контринтуитивных феноменов. Если вы нанесете кому-нибудь удар на боксерском ринге или во время драки в баре, ваша несчастная жертва почувствует его сильнее (на своем лице), чем вы (на вашем кулаке.) Это вызвано тем, что бьющий ждет удара, а вот получающий – нет. Если ваш соперник решит дать сдачи, он нанесет удар сильнее, чем был, по мнению первого бьющего, нанесен ему, – чтобы соответствовать силе удара, которую ощутил он. И так далее, по нарастающей – замкнутый круг. Если вы когда-нибудь, сидя на переднем сиденье автомобиля, оказывались свидетелем потасовки двух детей на заднем, то знаете, к чему может привести этот сценарий^[48].