Онлайн книга «Рыцарь, женщина и священник. История брака в средневековой Франции»
|
Задача одних игроков – взять эту фигуру, задача других – отдать. Последние, однако, делятся на несколько групп, преследующих свои интересы. В середине XII в. становится заметно, что родичи невесты, строящие в своих замках планы, как в условиях жесткой конкуренции за женщин выдать ее замуж поудачнее, ограничены в этих планах, с одной стороны, сеньором, а с другой – вассалами. История сеньоров д'Амбуаз делает особый акцент на образованных оммажем личных связях, проникающих даже в дела крови. В ней явно прослеживается один из результатов феодализации общества: большая часть знати получала свои имения в держание от других сеньоров, а права, переходившие посредством браков от одного рода к другому, почти всегда были переплетены с набором вассальных обязательств. В связи с этим в предварительные переговоры о браке получал право вмешаться и сеньор, владелец фьефа, и вассалы, которых напрямую затрагивал вопрос приданого и наследства, а также наследника, который, если ему будет суждено появиться на свет, станет их сеньором и сеньором их сыновей. Как владелец фьефа, так и вассалы, распоряжающиеся им и получающие с него свою часть прибыли, рассчитывали, что им будет предоставлено слово при выборе мужа, рыцаря, который в будущем принесет оммаж и будет служить тому, кому принесут оммаж и будут служить другие. Стратегии бесконечного обмена, предметом которого выступали женщины, усложнялись – вот что мы узнаем об этой игре. Нас не должно удивлять, что женским фигурам в истории сеньоров д'Амбуаз уделяется такое пристальное внимание. Две причины побуждали сохранять живую память о предках по женской линии. Во-первых, благодаря женщинам некогда были заключены союзы с самыми влиятельными людьми региона, чрезвычайно полезные в настоящий момент, когда роду угрожает великая опасность. Во-вторых, все замки, земли, все могущество – все то, что составляло честь рода, – было обретено посредством браков. Пять браков, заключенных один за другим в течение 150 лет представителями пяти поколений, передали в распоряжение сеньоров д'Амбуаз обширные сеньориальные владения, благодаря которым они смогли стать одной из главных сил Турени. Первый брак позволил основателю рода обосноваться на этих землях. Его младший сын Лизуа, заключив второй брак, утвердился в одном из трех каменных замков Амбуаза. Его старший сын Сульпиций, женившись на Дениз, стал владельцем замка Шомон. Жена его сына Гуго, Элизабет, принесла тому великолепное приданое: весь остальной Амбуаз, доставшийся ей от брата, и бурбонское наследство ее матери Жалиньи, которым ее родичи-мужчины так и не смогли завладеть. Кроме того, нетрудно заметить, что много внимания автор этой истории уделяет дружбе, связывающей вассала и сеньора. Составляя ее в 1155 г., он явно хочет подчеркнуть, что таких замечательных жен предки сеньоров д'Амбуаз получили от своих сеньоров: каждая из них была вознаграждением за их отвагу и преданность. Великодушие сеньора – это его власть. Выдавая каждую из этих женщин, он навязывал свою волю мужчине, который по праву крови был властен распоряжаться судьбой своей дочери. Власть сеньора заменила власть отца: сеньор сам нашел и выбрал жениха, обязав отца одобрить выбор, который тот якобы сделал сам. История крайне скупо описывает первый из пяти браков, заключенный во время радикальных трансформаций, о которых речь шла выше: когда около 1000 г. структура знатных родов принимает вид «вертикально» ориентированных линьяжей. Возможно, события тех времен изгладились из родовой памяти. Она, впрочем, вполне определенно подчеркивает важность роли брака для укрепления сеньориальных династий. Так, Гуго I, один из предков, был «человеком» Гуго Капета и наверняка его крестным, ведь он был назван капетингским именем. О том, что он происходил из орлеанского региона, капетингских земель, говорит и имя, которое он впоследствии дал собственному сыну[273]. «Дав графа жителям графства Мэн», Гуго Капет выдал за Гуго I дочь сеньора де Лаварден. Начало было скромным. Сын Гуго Лизуа, отправившись, подобно отцу, на поиски лучшей доли, остался при графе Анжу Фульке Нерре. Если верить автору истории, Фульк не знал, как вознаградить за верную и многолетнюю службу этого молодого человека, без которого он теперь не мог обойтись, и хотел каким-то образом связать его со своим будущим наследником, Жоффруа Мартелллом. Прославленный победами граф вынудил владельца амбуазской башни выдать за Лизуа свою племянницу, и в 1030 г. тот на ней женился, получив вместе с ней и башню. Жоффруа одержал победу и над владельцем замка Шомон: попав в плен к графу, он тоже был принужден выдать свою племянницу за старшего сына Лизуа, а в приданое ей определить все свои имения. Судьбу своей падчерицы Элизабет должен был определять граф Фульк Решен, но этого права графа лишил его противник, его собственный сын. Последний пытался найти союзников везде, где только мог, и поэтому, дабы заручиться крепкой дружбой Гуго II, выдал за него свою единоутробную сестру. Три из этих четырех женщин, соответственно, были военными трофеями, частью добычи, которую победитель разделял со своими союзниками. Отметим: для того чтобы утвердить свою власть над пленницами и их имуществом, и Лизуа, и Сульпицию пришлось поселиться в домах их жен, пришлось с трудом выстраивать отношения с враждебно настроенной родней, наконец, лечь после смерти рядом с телами членов чужого рода. Автор истории изо всех сил затушевывает все, что могло сблизить эти браки, заключенные отдаленными предками, с похищением, – и, напротив, возвышает образ справедливого сеньора, раздающего наследниц своим молодым приближенным, достойно ему служившим. |