Книга Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь, страница 13 – Пер Якобсен

— Похоже… тут эти самые горы, – говорит она, спустя несколько мгновений.

— Можно мне посмотреть? – спрашивает Адам.

Она передает ему слайд, и он снова разглядывает его против света. Потом смотрит на горные пики, возвышающиеся у них за спиной, и кивает:

— Знаешь, я думаю, ты права. И тогда получается, что… вот это маленькое пятнышко – охотничий дом.

Он указывает на него одной рукой, другой держа слайд так, чтобы Бет и девочки могли увидеть темное пятно.

— Может, это какая-то игра? – Эбби хмурит лоб. – Охота за сокровищами?

Адам слегка запрокидывает голову и еще раз вглядывается в слайд. Потом строит гримасу:

— Подсказка довольно туманная.

— Знаю, – отвечает Эбби. – Но, может, завтра будет еще… Какая-нибудь новая.

Адам с Бет переглядываются, и она читает в его глазах, что он тоже не знает, что думать. Если это охота за сокровищами, то ладно, пусть. Пожалуй, это даже хорошая идея, если игру затеяли Билл или мисс Моррис. Но почему никто из них о ней не упомянул?

«Может, ты просто еще не забыла о вчерашнем случае с курицей, – говорит она себе. – В конце концов, это просто рождественский чулок. Не о чем волноваться, правда?»

— Давайте подождем и посмотрим, не появится ли в чулке назавтра что-нибудь новенькое, – обращается Бет к дочерям, широко улыбаясь. – А пока, раз уж вы оделись для улицы, почему бы вам не воспользоваться случаем и не слепить вместе снеговика? А я к вашему возвращению сварю горячий шоколад. Как вам план?

Задавая этот вопрос, она встречается глазами с Эбби, надеясь, что сможет ее убедить сделать это ради младшей сестры, пусть ей самой и не хочется. Однако опасения Бет не оправдываются: Эбби охотно вступает в игру. Она наклоняется, лепит снежок и бросает его в Хлою.

Этого оказывается достаточно. Начинается перестрелка, и родители могут вернуться в дом и убраться после завтрака в тишине и покое.

* * *

— Можете его звать Снеговик-Милашка, – провозглашает Хлоя.

— Не путать с его кузеном, Снеговиком-Замарашкой, – добавляет Эбби.

С этими словами девочки расступаются, демонстрируя свой шедевр: снеговика, чья круглая голова украшена серыми камешками глаз и носом из обгрызенной морковки, добытой в кроличьем садке. Рот обозначен тремя маленькими веточками, руки – двумя большими, которые девочки перегнули посередине, так что кажется, будто снеговик упирается руками в бока. Деталь, которую Бет находит весьма креативной.

— Ну, должен признать, он совершенно точно… единственный в своем роде, – говорит Адам, которого тоже позвали на торжественное открытие.

— Ха-ха, пап. Очень смешно, – фыркает Хлоя и показывает язык.

— По-моему, он замечательный, девочки!

— Спасибо, мам.

В целом она не покривила душой. Бет и правда считает, что ее дочери создали произведение искусства. Она сомневалась, что они вообще закончат его с учетом долгого перерыва около полудня, после которого снова вышли на улицу лишь под вечер. Но вот он, готовый, – результат налицо. Особенно ей понравилась идея Эбби нарядить снеговика в жуткий рождественский фартук Адама. Идеальный завершающий штрих.

— Ладно, – говорит Адам, потирая руки. – Как насчет покормить животных и вернуться в дом? Вы должны мне реванш после той партии в карты, не забыли?

— А можно снеговику оставить фартук или надо вернуть его назад? – спрашивает Хлоя.