Книга Рядом с солью, страница 114 – Кэтрин Ваз

Фрэнк сказал:

— Напиши ей.

Джон указал на письмо матери и сестре.

— Уже написал. Им обеим.

— Ты знаешь, о ком я. Она испугалась, Джон. Ее обманул этот ублюдок, как и тебя. Прости ее, или твоя душа не будет свободна. – Фрэнк протянул ему страницу синей папиросной бумаги.

Что бы сказал Джон, если бы Мэри появилась тут, когда он будет лежать, умирая?

Несмотря на все усилия забыть ее, она все еще казалась той, кому было суждено растянуть его до той полноты, которая ему была предначертана, как сжатому аккордеону. Он закончил письмо к Мэри Кэтрин Фрейташ Мур, когда к ним подошел капеллан. Ночь пренебрегла тем, чтобы опуститься постепенно, как ей следовало, и резко уронила свой занавес, ткань которого была изъедена молью звезд. Время от времени появлялся слабый свет: кто-то из солдат вставал с фонарем.

Джон ворочался в темноте утра, насторожившись от звука, похожего на шум дождя в листве. Выйдя из своей палатки, он не почувствовал капель, но налетел какой-то порыв – он звучал как само слово «порыв» – нес звуковые хлопки, подобные грому. Следующее, что он помнил, – все вскочили, и мужчины в длинных кальсонах стали кричать, а полковник Сайрус Холл взлетел на своего коня. Конфедераты начали атаку возле церкви Шайло^[26].

14-й полк возвел бруствер на насыпной дороге, и час спустя шум дождя стал громче, пока огромное облако, расширяясь в шар, не окутало лес и не вырвалось вперед. «Огонь!» – закричал полковник Холл, а Джон закричал: «Во что?», потому что вокруг был только густой, как похлебка, воздух, и Холл заорал: «Просто стреляй!» Один парень лег, пожаловавшись, что у него нет рогатки, чтобы установить на нее мушкет. Джон выстрелил в облако. В его ранце лежала Библия матери, и когда он наклонился, чтобы засунуть ее за пазуху, пуля Минье^[27] просвистела там, где была его голова. Крыло его полка рассеялось, натолкнувшись на 25-й Индианский, ряды отступали, чтобы их не затоптали. Холл проскакал сквозь хаос и рявкнул, что 14-му приказано держать линию и они будут держать ее – или он лично расстреляет их.

Джон потерял Фрэнка из виду.

Исаак, поглощенный дымом, подался в бега.

Пуля просвистела сквозь правый рукав Джона, но не коснулась кожи. Пытаясь сдержать отдачу ружья, он выстрелил в людей, похожих на трутней, высыпавших из улья: как будто если думать об этом – о них – как о насекомых, станет легче. Пуля сбила его шляпу, он потер голову и обнаружил кровь. Среди града пуль одна срикошетила и попала в Библию на его груди. Поднявшись на насыпь, Декстер Лумис закричал: «Мы их достанем, парни», – затем его развернуло. Он упал замертво. Заработала артиллерия, засверкали пушки. На ухе Джона появился порез от задевшей его четвертой пули, и когда свист от движения металла усилился, он замахал руками. Инстинкт говорил ему: чтобы выжить, надо отпугнуть этих насекомых. Его ружье упало, и он сам упал, когда над ним пронесся какой-то поток, и его рот открылся в крике, но он ничего не услышал. Побежали люди, они кричали, что новый приказ – вернуться к реке, иначе будет резня.

Всем пришлось отступить. Пятая пуля, попавшая в него, прорезала бороздку на левой икре. Люди вокруг падали: пули изрешетили спину парня, который умер на ком-то, кричащем ему, чтобы он слез. Джон схватил живого за руку, и мертвый мальчик откатился прочь, лицо его застыло. Где Фрэнк? Рукав Джона, его скальп, его Библия, его ухо, его нога истекали кровью. На неровной местности их отряды выглядели как тучи разбегающихся муравьев. Он никогда не задумывался о поражении. Они проигрывают?