Онлайн книга «Рядом с солью»
|
Посыпанные солью, они прогуливались по берегу. Марселла развеселилась, когда они поели жареных моллюсков в бумажном конусе с какой-то парой: они рассказали, что слышали о людях, стреляющих из ружей на бейсбольных матчах, чтобы сбить с толку игроков и повлиять на результаты. Это гарантировало хороший заработок для любителей ставок. Джон – тот человек, которому я жажду это рассказать. Они могли бы посмеяться над его игрой в карты, которая теперь казалась таким незначительным, одурманивающим надеждой проступком. Она представляла, как он достигает успеха в бейсболе, когда узнала, что солдаты играли в него в лагере. Его сила, его тело – скучая по человеку, мы так глубоко скучаем по его телу, по вместилищу всего, что мы любим. Два дня спустя, во время розового рассвета, она умылась и сказала: «Пора домой, Маленькая Рыбка». Глаза цвета жидкой лавы, глаза Джона, глаза Марселлы смотрели на нее, и Марселла сказала, что рада. Мэри оплатила шокирующе высокий счет. Эдвард завел для нее собственный банковский счет и здесь в Калифорнии. Его извечная способность переходить к прощению, минуя стадии раздумий и гнева, ответила на ее призыв. Его ошибка была ничтожной, менее чем ничтожной. Это ее собственное сердце и боль в нем до сих пор, до сих пор терзали ее, а значит, и его тоже. Обезумев от ее отсутствия, Уорд подарил жене музыкальную шкатулку. Всякий раз, когда она поднимала крышку, балерина кружилась в такт перезвону «Фантазии» Шуберта. Шуберт, как она узнала, лелеял свою болезненную, безответную любовь до самой могилы. Уорд купил Марселле «Приключения Алисы в Стране чудес» и читал ей на ночь. Он рассказал ей, что ее дедушка, мамин отец, раскрашивал камни, чтобы они выглядели как клубника. Когда птицы стучали клювами о замаскированную каменную поверхность, они учились не нападать на сад. Было тяжело оставлять эти обугленные камни во Флориде. Они с Марселлой разрисовали новые, для герани в оконном ящике, и тогда Мэри присоединилась к ним, что означало окончательное прощение и прижигание ран. Уорд придумал игру «Спрячь дельфина»: прятал его повсюду, в кармане пальто Марселлы, в ее наволочке, в школьной сумке, а она прятала Долфи в его портфеле или ящике комода и кричала от смеха, когда он вечно делал вид, что удивлен. «О, папочка!» Уорд сказал: «Я люблю тебя, Мэри, с силой, о которой я и не подозревал». Он снова винил себя в том, что им не удалось зачать больше детей. Вечера стали степенными. Однажды он с шелестом уронил газету, которая прикрывала его закрытые веки, и Мэри дала ему шанс сохранить лицо, предположив, что, несмотря на ранний час, он, возможно, захочет присоединиться к ней и пойти спать. Но сначала Уорд заявил, что будет верен отныне и навсегда. Он сказал эту фразу так, словно всю жизнь держал ее наготове. Дух Джона прошептал: «Держись за удивительную жизнь, которую ты выковала в объединенном мире, за чье сохранение я боролся». Эдвард сказал, что умрет, чтобы сделать ее счастливой, если только она примет его. Мэри приняла. * * * В 1874 году произошли знаменательные события. Мэри исполнилось тридцать четыре года 22 апреля, в день, который папа называл днем двух плавающих лебедей. 4 июня Эдварду исполнилось сорок четыре. В октябре Марселле исполнилось десять. 1 мая наступила их тринадцатая годовщина свадьбы. Сначала из Нью-Йорка пришло письмо с поздравлениями от Миртл Джеймисон. Они долго не общались, но их дружба никогда не ослабевала. Миртл поговорила со знакомым, владевшим галереей на Юнион-сквер в Сан-Франциско, и тот согласился посмотреть работы Мэри Фрейташ Мур и, более того, предложил ей продемонстрировать вышивку посетителям на специальном показе длиной в один выходной. |