Книга Рождественские тайны книжного магазинчика, страница 62 – Коллектив авторов, Отто Пензлер

— Полиция! – заорала девушка, и я тоже крикнул:

— Рози, останови его!

Но Макс уже успел спуститься по лестнице, пересек магазин и как раз подбегал к входной двери, когда та распахнулась, впустив порыв зимнего воздуха и высокую блондинку в синем суконном пальто.

— Так вот ты где! – сказала она.

Макс остановился как вкопанный. Казалось, будто он вот-вот бросится обратно к лестнице, подальше от этой женщины, которая уже закрыла за собой дверь и улыбнулась ему – ее голубые глаза были точно такими же, как у него, да и вообще внешнее сходство было безошибочным.

— Ты до смерти меня напугал, – сказала она, раскрывая объятия, но Макс не подошел к ней. Вместо этого, что удивительно, метнулся к Рози и зарылся лицом в ее юбку. Девица в темных очках как раз спускалась по ступенькам, продолжая выкликать «Полиция!», когда Рози сказала ей: «Всё в порядке, мисс», – и показала ей золотой значок с голубой эмалью, который блондинка, все так и стоявшая в дверях, с холодной отстраненностью изучила. Девушка с завивкой глянула на значок и спросила:

— Вы уверены, что у вас всё под контролем, офицер^[27]?

— Вообще-то детектив, – холодно уточнила Рози, бросив на нее такой взгляд, что та сразу же поспешила к выходу.

— Пойдем домой, Макс, – сказала блондинка.

— Вы мать этого мальчика? – спросила Рози.

— Да. Пойдем, Макс.

— Я не хочу, – ответил тот.

— Скоро придет Санта, – продолжала уговаривать она. – Сегодня канун Рождества, Макс.

Мальчишка помотал головой.

— Ма-а-акс… – предостерегающе произнесла блондинка, практически нараспев произнося это имя.

— Санта уже был там, – сказал он.

— Макс, прошу тебя, не испытывай мое…

— Санта мертв, – опять повторил он.

— Ладно, хватит уже, – сказала она, взяла его за руку и уже хотела оттащить от Рози, когда Макс вдруг выпалил:

— Это ты убила его, мамочка!

* * *

И теперь он наконец рассказывал нам историю, которую пытался поведать по кусочкам с того самого момента, как вошел в магазин без четверти четыре вечера.

В канун Рождества занятия в школе закончились пораньше. Автобус высадил его на углу Пятьдесят пятой и Седьмой авеню, после чего он прошел пешком квартал до особняка, в котором жил, открыл дверь своим ключом, а затем на цыпочках поднялся наверх, потому что иногда его мать днем ложилась вздремнуть. На втором этаже здания, в гостиной, сияла рождественская елка. Макс улыбнулся при виде нее, зная, что вечером здесь появится Санта – в прошлом году он подглядывал за ним, когда тот клал подарки под елку, а потом пил молоко и ел шоколадное печенье, приготовленные для него Максом. Мальчик уже почти поднялся по лестнице на третий этаж, когда услышал, как его мать на кого-то кричит, и остановился как вкопанный, подняв взгляд поверх ступенек на площадку, и понял, что кричала она на Санта-Клауса, который мчался по коридору в своем красном костюме и черных сапогах, с белой бородой и усами, выпятив толстый живот, в красной шапке с белой меховой оторочкой и белым меховым помпоном, мотающимся на бегу. Что он здесь делал в такую рань?

И тут Макс увидел, что за Сантой гонится его мать. В руке у нее были длинные портновские ножницы. И она рассекала воздух этими ножницами, безудержно крича, пока наконец не настигла его на самом верху лестницы, всего в пяти или шести футах над Максом, который стоял и в ужасе наблюдал за происходящим. Два лезвия ножниц вонзились Санте между лопатками. Он загреб воздух широко раскинутыми руками, а затем рухнул на пол, выпучив глаза. Мать Макса оседлала его, лежащего на полу, вновь и вновь вонзая ножницы ему в спину и крича: «Сукин ты сын!» – с каждым смертельным ударом. Стены коридора были забрызганы кровью. Лицо и руки матери тоже были в крови.