Онлайн книга «Ну и шутник же вы, мастер»
|
Его зять, в конце концов, был высоким чиновником, сознательным, с пониманием политики, он ему сказал: «Шурин, хотя ты успешно удалил аппендикс старику, чтобы стать хирургом в больнице, нужно учиться, повышать квалификацию, получить медицинскую лицензию, иначе я из-за тебя совершу ошибку, а если я совершу ошибку, то и тебе конец». А он ему: «Ладно, зять, сделаю, как вы сказали». Он полгода проучился на курсах повышения квалификации хирургов, получил диплом о высшем образовании и степень магистра, а затем с чистой совестью устроился врачом в городскую больницу. И с тех пор немногие пациенты выходили оттуда живыми. Начальник уездного комитета по плановому деторождению сказал: «Если бы в нашем уезде было десять таких хирургов, как Чжао Саньпин, население точно бы сокращалось, и не пришлось бы вообще ничего планировать». Чжао Саньпин был не единственным бессердечным убийцей в городской больнице, было еще несколько отчаянных диких медсестер. Самая известная дикая медсестра Ню Сяоцао была сестрой заместителя начальника уезда. Врач велел ей поставить ребенку капельницу, а она по глупости влила в него целую бутылку спирта. Родственники пришли к ней и начали было: «Сестра…» А она, услышав, что ее называют медсестрой, разозлилась. В больнице Чэнгуань каждый мнит о себе, даже те, кто отвечает за регистрацию, кипячение воды, прием денег, уборку, – короче говоря, попав в больницу Чэнгуань, любого человека в белом халате нужно называть доктором, иначе с тобой просто не будут разговаривать. Как Ню Сяоцао могла стерпеть, чтобы родственники пациента называли ее медсестрой? Она вязала свитер, закатывала глаза и притворялась глухой. Но родственники, напуганные состоянием ребенка, забыли о правилах больницы и продолжали называть ее медсестрой. В конце концов даже Ню Сяоцао надоело, и ей пришлось самой поправить: «Слушайте, не называйте меня медсестрой, называйте врачом, доктором, понятно?» Только тогда родственники прозрели и поспешно сказали: «Доктор, доктор, наш ребенок почему-то покраснел!» А Ню Сяоцао сказала: «Покраснел – значит выздоравливает, нет?» А родственники сказали: «Ненормально как-то покраснел, умоляем, посмотрите…» А Ню Сяоцао пробормотала: «От вас, крестьян, и правда проблем не оберешься». Пришла в палату, посмотрела – а ребенок красный, как морковка, и не только красный, но и пена изо рта идет, да еще и судороги. «И как же так получилось?» – недоумевала Ню Сяоцао. И вдруг засмеялась: «Ой, вы только посмотрите, это же я забегалась и перепутала физраствор со спиртом, ай да я!» «И что делать?» – спросили родственники. А она им: «Ничего, спирт дезинфицирует, все вирусы в теле вашего ребенка теперь убиты, уверенно и ответственно заявляю – он больше никогда не заболеет, быстрее идите в кассу и доплатите за спирт!» — Приятель, давай не будем говорить про эти страшные дела, хорошо? – перебил его я. – Давай поговорим о чем-нибудь приятном, ладно? — Эх, брюхо полно горькой воды, где найти что-то приятное? – нахмурился он. — Тогда вообще ни о чем не будем говорить, пей да ешь! – сказал я. Он подхватил кусок заливного из свиной кожи, звучно проглотил, затем еще один и еще, после чего констатировал: — Заливное ничего, хорошо жуется, только вкус странный, вероятно, добавили столярного клея. У нас на родине в забегаловках девяносто процентов заливного из свиной кожи делают с добавлением столярного клея. |