Книга Проклятый Врач. Том I, страница 144 – Дмитрий Лим

Лиза не стала спорить. Она была профессионалом. Если Ким говорит «скальпель» — значит, скальпель. Она сунула мне в руку рукоятку. Я сжал её. Правая рука не дрожала.

— Давление падает на ноль! — крикнула медсестра из-за монитора. — Асистолия!

Он умирал. Его сердце останавливалось. И я должен был его вскрыть. Прямо здесь, на заляпанной кровью каталке, под рёв сирен и в окружении охреневших коллег. В стиле Грегори Хауса, только вместо викодина у меня в крови была чума, а вместо остроумия — паника и тупая решимость.

Я провёл скальпелем по грудной клетке. Грубо. Быстро. Кожа разошлась, обнажая жёлтый жир и мышцы. Крови было мало. Сердце не качало. Я резал так, словно разделывал тушу на рынке, не заботясь о красоте разреза. Торакотомия. Четвёртое межреберье. Разрез. Расширитель. Хруст хрящей.

— Боже мой, Саша, что ты делаешь… — прошептала Лиза за моей спиной.

Я раздвинул края раны. Увидел лёгкое. Обмякшее, безжизненное. И сердце. Оно висело в околосердечной сумке, как сдувшийся баллон. Но что-то было не так. Что-то было абсолютно, фундаментально неправильным.

Сердце не должно так выглядеть.

Вместо тёмно-красной, гладкой мышцы, перекартированной жировыми полосками, я увидел сеть чёрных, пульсирующих каналов. Они опутали миокард, как корни дерева, вгрызаясь в ткань. А в самом центре, там, где должен быть левый желудочек, пульсировало нечто.

Чёрный кристалл.

Он был размером с грецкий орех, неправильной, многогранной формы, словно кто-то вырезал его из цельного куска обсидиана. И он сиял. Тусклым, нездешним багровым светом. С каждым пульсом этого света, сердце бродяги дёргалось. Сокращалось. Не потому, что так хотела вегетативная нервная система. А потому, что кристалл качал через него какую-то чужеродную энергию.

Система перед глазами взорвалась алертами:

ОБНАРУЖЕНО ЯДРО АНОМАЛИИ: НЕЙРО-СИМБИОТ (СТАДИЯ 3)

Внимание!

ЯДРО ЯВЛЯЕТСЯ ИСКУССТВЕННЫМ СТИМУЛЯТОРОМ ЖИЗНЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ИЗЪЯТИЕ ПРИВЕДЁТ К МГНОВЕННОЙ ОСТАНОВКЕ СЕРДЦА И СМЕРТИ НОСИТЕЛЯ

НЕИЗЪЯТИЕ ПРИВЕДЁТ К МУТАЦИИ НОСИТЕЛЯ В ТЕЧЕНИЕ 12 МИНУТ (КЛАСС УГРОЗЫ: А-КРИТИЧЕСКИЙ)

Я застыл со скальпелем в руке, глядя на этот стучащий кусок тьмы в человеческой груди. Какой выбор? Вытащить — и мужик помрёт на месте. Ну, то есть совсем помртё, без вариантов реанимации. Оставить — и через двенадцать минут эта милая чёрная геометрия сожмётся, кристалл впрыснет в кровь порцию информационного яда, и бродяга встанет с каталки в виде чего-то такого, от чего чумная Вика покажется мишкой Тедди.

— Саша… — голос Лизы дрогнул. Она тоже увидела. Она стояла рядом, держа расширитель, и её глаза были полны такого ужаса, какого я не видел даже вчера в том особняке. — Что это за дрянь в его сердце?

— Это не его сердце, Лиз, — тихо сказал я. — Это чужое. Оно им управляет.

Я смотрел на кристалл. Он манил. Он пульсировал в такт моему таймеру. Моя чёрная кровь в венах завибрировала, отзываясь на зов «родственника». Левая рука снова заледенела, боль в боку отступила, сменившись зудом. Моё тело хотело этот кусок. Оно жаждало поглотить его, получить новые часы жизни, новую порцию безумия.

Но я же врач. Я давал клятву. Не навреди. Если я вытащу кристалл — я убью человека. Пусть бездомного, пусть обречённого, но человека. А я не палач. Пока ещё нет.