Книга Диверсант. Том 3, страница 4 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Ещё раз так, командир, и на спину взвалю.

— Только попробуй, — просипел я.

У сараев нас ждал Гена Сидоров. Живой. Целый. На нём по-прежнему был длинный мятый плащ, из-под которого торчал край больничного халата.

Увидев меня, он выдохнул:

— Стас… я уж думал, не выйдешь.

— Вышел. Слушай задачу.

Кабель к реке мы тянуть не стали. Он привёл бы немцев прямо к дому. Гена взял окровавленный бинт, две немецкие гильзы и старую больничную тряпку. Должен был пройти к нижнему городу, оставить след возле мельницы и уйти по каменной мостовой, не таща хвост к нашей группе.

— Следы сделай на троих-четверых, не на роту, — сказал я. — И не геройствуй. Увидишь патруль — ложись и жди.

— Понял.

— После — к риге. Зыков знает.

Гена растворился между сараями.

Основную группу уводили к старой риге на окраине. Прохор знал её ещё с довоенных времён. Зыков должен был довести туда раненых, переждать облаву и уходить дальше, не дожидаясь нас.

Тарасов, Архип и я остались в сарае…

* * *

К рассвету у больницы всё стихло. Мюллера так и не сменили. После нападения, гибели жандармов и начавшейся облавы Лемке приказал держать пост до особого распоряжения.

Когда небо посерело, прибыла следственная группа: офицер полевой жандармерии, представитель комендатуры и писарь. Мюллер пошёл следом как сопровождающий, хотя сопровождать было некого.

У чёрного хода лежали два жандарма. Обоих зарезали ножами. Чуть дальше, у перевёрнутого БМВ, нашли третьего — расстрелянного в коляске. Водитель мотоцикла был ещё жив. Его оттащили в лазарет.

Стефана обнаружили за углом. Он лежал у стены, на спине, раскинув руки. Белый халат был залит кровью. Рядом валялся «Вальтер», из которого фельдшер успел выстрелить, прежде чем его срезала очередь.

Офицер жандармерии присел на корточки, осмотрел тело и поднял пистолет.

— Стрелял в наших.

— Это больничный фельдшер, — тихо сказал Мюллер. — Поляк. Работал при лазарете.

— Работал, — повторил офицер. — Потом вывел русских через чёрный ход и оказал вооружённое сопротивление.

Мюллер хотел сказать, что всё было не так. Что Стефан уводил погоню, чтобы остальные успели выломать калитку. Но офицер уже диктовал писарю:

— Вооружённый пособник. Ликвидирован на месте.

Мюллер промолчал.

Он смотрел на лицо Стефана и чувствовал, как внутри что-то ломается. Этот человек продал собственную жизнь, чтобы спасти других. А теперь его превращали в строчку отчёта.

«Я стрелял выше, — подумал Мюллер. — Но я стоял в этой форме. Охранял эту больницу. И помогал тем, кто его убил».

Когда тело унесли, он попытался закурить. Руки дрожали, спички падали. Наконец огонёк занялся.

В этот момент из больницы вышел ротный старшина Лемке.

— Мюллер! Иди в хозяйственное крыло. Там оборудуют временный склад боепитания. Внутренний караул нужен.

— Надолго?

— До темноты. Снаружи поставили двоих. Смена задержится — людей отправили к реке. Давай, шевелись.

Значит, сообщение с седьмого поста приняли всерьёз. По крайней мере, пока.

Мюллер затушил сигарету о столб, убрал окурок в жестянку и пошёл за Лемке.

* * *

Мы обнаружили трёх солдат. Один часовой остался у двери, ведущей в подвал, один стоял поодаль, у каких-то бочек, а третий ушёл вовнутрь.

— Вот здесь можно пройти, — шепнул Тарасов. — Все подвалы взаимо…