Книга Система Распутина. Том 1, страница 134 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Характеристику можно покороче, — я отхлебнул остывший чай и поморщился. — Мне бы остаться живым к её концу.

— А что такое? — она постучала пальцем по краю баночки и покосилась на блокнот. — Опять истории? Смотрю, бумаг у тебя прибавилось, как у моего покойного мужа перед пенсией.

— История одна, длинная, — я положил ладонь на паспорт. — Кто-то записал меня умершим, Валентина Петровна. По документам. А я по этим документам планирую ещё пожить, поэтому собираю людей, которые подтвердят: я — это я.

— Как это — записали умершим? — брови у неё взлетели так высоко, что халат зашевелился. — Ты же вот он, сидишь, чай пьёшь. Живой. Ночью опять дверью хлопал, я слышала!

— Дверью хлопал, признаю, — я указал на свой паспорт. — Покойники, насколько знаю, так громко не возвращаются, так что вы мой главный свидетель. Вам могут позвонить по этому делу и спросить, знаете ли вы жильца из этой квартиры. Подтвердите, что знаете?

— Подтвержу, конечно, — она махнула рукой так, будто отгоняла муху. — Я тебя с самого въезда знаю. Пусть звонят, я им расскажу.

— Расскажите, только без подробностей про замок, — я потянулся за телефоном и открыл заметку. — Когда вам удобнее принять звонок?

— После смены, — она поднялась, прижимая баночку к груди, как награду. — Я медсестра, сам знаешь. С двух до шести я у больных, телефон у меня в тумбочке, а после шести звони — буду дома, с вареньем.

— Записал: после шести, — я внёс время в заметку и показал ей экран. — Спасибо, Валентина Петровна. Вы сейчас единственный человек, который подтвердил, что я живой, причём совершенно бесплатно.

На миг перед глазами высветились зелёные строки:

Свидетель: Валентина Петровна. Готова подтвердить, что знает жильца квартиры (со слов). Стоимость: перец.

Перечница опустела, зато свидетель остался доволен. С бухгалтерией булочки спорить было трудно.

— А что, остальные платно подтверждают? — она остановилась в дверях и оглянулась с искренним удивлением.

— Остальные пока сомневаются, — я проводил её до порога и убрал паспорт в карман куртки. — Не теряйте перец, это стратегический запас.

— Ты держись, Димочка, — она уже шагнула на площадку и добавила через плечо: — И если что, у меня в шкафу ещё горчица есть. На всякий случай.

Дверь закрылась. На кухонном столе ждали блокнот и телефон с заметкой о двух вопросах. Соседское свидетельство легло в задуманную конструкцию первым кирпичом: человек, знавший жильца до моего появления в этом теле, готов подтвердить под присягой и вареньем, что жилец тот же самый. Оставалось понять, какой бумагой подкрепить это узнавание, — а с бумагами в моей жизни лучше всех был знаком майор, принимавший у меня показания.

Набрал номер Ковалёва, дождался гудков и поднёс трубку к уху.

Майор взял трубку после второго гудка.

— Распутин, — в трубке стукнула крышка термоса, следом донёсся приглушённый гул кабинета. — Говори коротко, совещание через час.

— Мне сорок минут хватит, — я выложил паспорт из кармана на стол, включил громкую связь и положил рядом телефон. — Вчера подал обращение через общую приёмную. По моему паспорту в работе материал, где меня свели с умершим тёзкой. Хочу прийти и собрать документы, которые связывают меня с показаниями, что вы принимали.

— Тёзкой, значит, — на том конце помолчали, потом раздался шелест бумаги. — Приходи к одиннадцати, найдём полчаса. Папку бери.