Книга Система Распутина. Том 1, страница 146 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Этот заберёшь целиком, — бармен кивнул ему на новый заказ. — Готовлю подачей, ждать меньше.

— Давно бы так, — официант расплылся в улыбке и перехватил поднос поудобнее. — Первый бокал у нас до стола тёплым доезжал, гости морщились.

— Слышал, что гости заметили? — кивнул на официанта. — Так и держи.

— Удержу, — бармен выставлял следующую линию бокалов. — Завтра и без листка сделаю.

— Вот ради этого и стоило подходить, — задержался у станции. — Ты сейчас сам всё воспроизвёл. Схема уже у тебя в руках, и после моего ухода она останется здесь, в работе. Для гостя на один вечер это лучший результат: уйти, оставив пользу тому, кто остаётся.

Я отряхнул ладони, которых вроде бы и не пачкал, и пошёл через зал к столу у окна. Вера сидела, повернув меню ко мне обложкой, и смотрела, как я иду, — как на консультанта, которого только что пригласила за свой стол, и, кажется, ещё прикидывала, во что ей обойдётся это приглашение.

— Ваш бармен теперь делает правильно, — я остановился у стула и дождался её кивка, прежде чем сесть. — Осталось посмотреть, что вы захотите изменить в карте, раз увидели, как работает первое предложение.

— Садитесь, — Вера открыла меню и придвинула его к середине стола. — Расскажете за ужином. И заодно объясните, откуда у свадебного ведущего такие руки.

— Руки от бара, — я подтянул к себе край скатерти и устроился напротив. — А ведущий — это хобби с микрофоном. Начнём с позиций или с поставщиков?

Она усмехнулась — впервые за вечер — и перевернула первую страницу.

— Посередине, как на переговорах, — Вера постучала ногтем по обложке. — Каждому своя половина стола.

— Мне горячее и салат, ничего героического, — сказал подошедшему официанту.

— Сейчас будет, — официант записал заказ и ушёл, а разговор пора было поворачивать к хозяйке.

— А какую часть всего этого вы собирали самостоятельно? — я обвёл рукой зал, свет, станцию за стойкой. — И что здесь ваше по-настоящему, чтобы я понимал, с чем советуюсь?

— Я это место сама собрала, — Вера подалась вперёд, и пальцы у неё легли на край меню уверенно, по-хозяйски. — Зал, свет, посуду выбирала по одной тарелке. Меню писала сама, поставщиков обзванивала сама. Половина тех, с кем начинала, до сих пор со мной работает. — Она провела пальцем по строкам меню. — Каждую позицию тестировала тоже я. Сначала неделю гоняем на своих, потом даём гостям. Весь лист держала в голове, пока он в меню не поместился.

— И сколько позиций отсеялось по дороге? — я подпёр кулаком подбородок.

— Почти половина, — она хмыкнула и перевернула страницу к винной карте. — Зато по каждой оставшейся знаю обороты до последней бутылки и фермера по имени.

На телевидении гость охотнее всего говорил о том, за что отвечал лично: стоило попасть в такую тему, и человек раскрывался сам, без приёмов ведущего. Здесь хозяйка показывала своё дело, и я слушал, подкидывая уточнения, как поленья.

— А какая позиция чаще всего задерживает отдачу? — я постучал ногтем по уголку меню. — Что-то ведь тормозит кухню, такое бывает у всех.

— Ризотто по четвергам, — она усмехнулась, признавая старую рану. — Готовится долго, заказывают в пик. Уже думаю убрать, жалко: люди любят.

— Жалко — значит, оставим, просто перенесём его из пика, — я вынул телефон и пометил. — С этим разберёмся, если доберёмся до карты.