Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 158 – Дэшил Хэммет

Спустя год Моллой провел здесь еще неделю, сообщив, что приехал из Бразилии, и как всегда опустив подробности своего пребывания там. Через несколько месяцев пришло письмо из Чикаго с обещанием навестить нас на следующей неделе, которое, впрочем, Моллой не исполнил. Спустя какое-то время он прислал извинения из Владивостока. Сегодня произошла первая наша встреча с тех пор.

— А откуда он родом? Где его близкие?

— Моллой уверял всегда, что совершенно одинок. Кажется, родился он в Англии, – хотя что натолкнуло меня на эту мысль, припомнить уже не смогу.

— У тебя есть еще вопросы? – спросил я О’Гара.

— Пока нет. Пойдем взглянем на место происшествия, может, какие-то следы сиамцев обнаружатся.

«Взглядывали» мы долго и тщательно. Не стали делить территорию, все осмотрели вместе – от чердака до подвала.

Подвал порадовал нас особенно: здесь, в остывшей топке, обнаружилась пригоршня черных пуговиц и обугленные прищепки от подтяжек для носков. Но и на этажах грех было жаловаться: в одной из комнат мы нашли смятый чек из оклендского магазина с надписью «Скатерть столовая, 1 шт.». Правда, в других комнатах ничего не добыли.

— Это, конечно, не мое дело, – заявил я Рихтеру, когда мы с О’Гаром вернулись после поисков, – но боюсь, что в суде с такой линией защиты вы провалитесь.

Рихтер попытался встать, но подвела изувеченная нога.

Дама медленно поднялась с места.

— Может, вы что-то упустили из виду? – обратился к ней О’Гар. – Почему не попытались его отговорить?

— Будет намного легче, если в суде вы примете вину на себя, – посоветовал я ей. – Можете заявить, что Рихтер поспешил на помощь, когда ваш муж схватил вас, что ваш муж в него выстрелил и пытался выстрелить в вас, поэтому вы его и зарезали.

— Мой муж?!

— Именно, миссис Раундс-Моллой-Доусон. Ваш бывший муж.

Рихтер приоткрыл рот ровно настолько, чтобы процедить:

— Что означает вся эта чертова ахинея?

— По-моему, эта парочка нам грубит, – проворчал О’Гар. – Если это ахинея, то как прикажете называть вашу сказочку о таинственных сиамцах, загадочных свертках и бог знает о чем еще?

— Да не дави так на него, – вступился я за Рихтера. – Если бы ты посмотрел столько кинофильмов, сколько приходится ему, твои представления о правдоподобии тоже сместились бы. Ты бы тоже позабыл, что увидеть сиамца в лунном свете в одиннадцать сорок пять никак нельзя, поскольку луна в эту ночь взошла только в двенадцать сорок пять – когда ты мне позвонил.

Рихтер выпрямился на здоровой ноге.

Плечистый капрал придвинулся к нему.

— Может, стоит обыскать его, сержант?

О’Гар отрицательно качнул головой:

— Только время потеряешь. У него ничего нет. Они избавились от оружия. Похоже, леди бросила его в залив, когда ездила в Окленд за новой скатертью – взамен того саронга, что утащил ее муж.

Последнее просто потрясло супругов. Рихтер прикинулся, что задыхается от волнения, и дамочке пришлось принять на себя всю силу наших доводов.

А О’Гар ковал железо, пока горячо. Он извлек из кармана наши подвальные трофеи и принялся беспечно пересыпать их с ладони на ладонь. Это была последняя из собранных нами улик.

Я решился на блеф:

— Не мне осуждать прессу, но на вашем месте я бы не слишком доверял тому, что пишут в газетах. К примеру, покойный перед смертью произнес несколько весьма осмысленных слов, а газеты об этом умолчали. Такие мелочи порой совершенно путают карты.