Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 164 – Дэшил Хэммет

Ингрэм, как мы выяснили, был букмекер и шулер. С женой он расстался, но сохранил хорошие отношения. Пятнадцатью годами ранее Ингрэм был осужден за «нападение с покушением на убийство» в Ньюарке, штат Нью-Джерси, и отсидел два года в тюрьме штата. Но человек, на которого он напал, некий Джон Пеллоу, умер от воспаления легких в Омахе в тысяча девятьсот четырнадцатом.

Ингрэм приехал в Сан-Франциско, чтобы открыть игорный клуб, и наше расследование показало, что его деятельность в городе была направлена исключительно на достижение этой цели.

И оказалось, что все отпечатки пальцев, которые раздобыл Фелс, принадлежат Стейси, горничной, полицейским детективам и мне.

Вот и все, что нам дали попытки установить мотивы тройного убийства.

Мы сменили подход и занялись изучением мелочей, изнурительным поиском зацепок, которые помогли бы напасть на след убийцы. От любого преступления к тому, кто его совершил, ведут ниточки. Возможно – как в данном случае – неприметные; но, когда что-то происходит, оно затрагивает все окружающее, и непременно остается тот или иной след. А сыщику как раз и платят за то, чтобы он находил такие следы и шел по ним.

В случае убийства порой можно срезать путь, сразу установив мотив. Знание мотива нередко сужает поле поиска, а иногда напрямую выводит на виновного. Именно поэтому убийц, как правило, ловить легче, чем преступников иных сортов.

Но знание мотива не обязательно – немало таинственных убийств раскрывают без опоры на него. И в изрядном числе случаев – скажем, процентах в десяти-двадцати, – преступников совершенно обоснованно осуждают за убийство, но мотив не проясняется до последнего момента, а бывает, что и после остается лишь строить догадки о нем.

Насчет же мотива в том деле, которое мы расследовали, понятным было только одно: это не ограбление. Разве что украли нечто нам неизвестное, нечто настолько ценное, что убийца пренебрег деньгами в карманах жертв.

Конечно, поиски следов убийцы мы не забросили напрочь, но – люди есть люди – старались срезать путь. И теперь собирались поймать преступника – или нескольких – без выяснений, что именно его или их толкнуло на преступление.

Среди тех, кто заселился в гостиницу в день убийств, были девять человек, чья невиновность не выглядела несомненной. Четверо все еще проживали в гостинице, но из них нас заинтересовал лишь один. Этот рослый костлявый мужчина лет сорока пяти – пятидесяти, который зарегистрировался как Дж. Дж. Купер из Анаконды, штат Монтана, выдавал себя за рудокопа, но на самом деле, как мы с определенностью установили, таковым не был. И телеграмма из Анаконды не подтвердила, что там его знают. Поэтому мы установили за ним слежку – впрочем, почти безрезультатно.

Пятеро из девяти съехали после того, как произошли убийства; трое оставили почтовому служащему адреса для пересылки отправлений. Жильбер Жакмар, занимавший номер девятьсот сорок шесть, распорядился, чтобы его почту отправляли в лос-анджелесскую гостиницу. У. Ф. Сэлуэй из номера тысяча двадцать два дал указания, чтобы его почту высылали на Кларк-стрит в Чикаго. Росс Оррет из шестьсот девятого попросил, чтобы его корреспонденцию оставляли до востребования в местном почтовом отделении.

Жакмар въехал в гостиницу за два дня до убийств и отбыл под вечер в день их совершения. Сэлуэй вселился за сутки до преступления и выписался на следующий день после того, как оно случилось. Оррет прибыл в день убийств и съехал через день.