Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 85 – Дэшил Хэммет

Гутман, блестя прищуренными глазками, снова елейно улыбнулся Спейду. Голос его напоминал учтивое мурлыканье:

— Да, сэр, жаль, конечно, но вы должны признать, что это возымело нужное действие.

Брови Спейда сошлись на переносице.

— Ничего подобного, – сказал он. – Естественно, я захотел встретиться с вами, как только сокол оказался у меня. Почему бы и нет, если клиент платит наличными? В расчете на такую встречу я и отправился в Берлингейм. Полчаса спустя я еще не знал, что вы слоняетесь по городу, пытаясь убрать меня с дороги и найти Якоби до того, как он найдет меня.

Гутман хихикнул. Хихикнул с явным удовлетворением.

— Ну вот, сэр, – промурлыкал Гутман, – так или иначе, мы собрались здесь на эту нашу встречу в узком кругу, как вы и хотели.

— Да, как я и хотел. Как скоро вы готовы внести первый платеж и забрать у меня сокола?

Бриджид О’Шонесси села очень прямо, и ее синие глаза с удивлением уставились на Спейда. Он небрежно похлопал ее по плечу. Его глаза неотрывно следили за Гутманом. Глаза Гутмана весело поблескивали, прячась между припухлостями.

— Ну, что до этого, сэр… – начал он и сунул руку за пазуху пальто.

Каир, уперев руки в бедра, весь подался вперед в своем кресле, дыша через приоткрытый нежный рот. Темные глаза его влажно и настороженно блестели, перебегая с лица Гутмана на лицо Спейда и обратно.

Гутман повторил:

— Ну, что до этого, сэр… – И вынул из внутреннего кармана белый конверт. Десять глаз – глаза юнца теперь лишь наполовину скрывались под ресницами – вперились в этот конверт. Повертев его в пухлых руках, Гутман осмотрел чистую лицевую поверхность, затем тыльную сторону – незапечатанную, с заправленным внутрь клапаном. Гутман поднял голову, дружелюбно улыбнулся и бросил конверт Спейду.

Конверт был не слишком толст, но достаточно увесист, чтобы приземлиться точно. Он ударил Спейда в грудь и шлепнулся ему на колени. Спейд неторопливо поднял его и неторопливо открыл – двумя руками, убрав левую руку с плеча девушки. Содержимое конверта составляли тысячедолларовые купюры. Спейд вынул их и пересчитал. Купюр было десять. Спейд улыбнулся и поднял глаза. Он спокойно заметил:

— Мы говорили о несколько большей сумме.

— Да, сэр, говорили, – согласился Гутман, – но то было прежде. У вас в руках живые деньги, звонкая, так сказать, монета, сэр. Один такой реальный доллар стоит десяти договорных. – Телеса всколыхнулись от беззвучного смеха. Когда волны жира улеглись, Гутман произнес куда более серьезным тоном: – Нас стало больше – и забот прибавилось. – Он скосил блестящие глаза на Каира и мотнул в его сторону брыластой головой. – Иными словами, сэр, ситуация изменилась.

Пока Гутман говорил, Спейд выровнял края десяти банкнот, сложил их в конверт и прикрыл клапаном. Теперь он сидел, опираясь локтями о колени и слегка придерживая двумя пальцами зажатый между ног конверт. Его ответ толстяку прозвучал совершенно невозмутимо:

— Само собой. Теперь вы есть друг у друга, но сокол-то у меня.

Заговорил Джоэл Каир. Его уродливые пальцы вцепились в подлокотники кресла, он подался вперед и напыщенно произнес своим тонким голосом:

— Думаю, излишне напоминать, мистер Спейд, что хотя сокол и у вас, но сами вы – у нас.

Спейд усмехнулся.

— Постараюсь не допустить, чтобы сие обстоятельство меня обеспокоило. – Он сел прямо, отложив конверт в сторону, на диван, и обратился к Гутману: – К деньгам мы вернемся позже. Есть другие вещи, о которых стоит позаботиться в первую очередь. Нам требуется козел отпущения.