Книга Берегитесь, тетя Аделаида!, страница 31 – Флора Торн

— Право, вы выставляете наших питомцев в самом неприглядном свете, миссис Уотерхейм, – поприветствовала их Мэри-Бэлл. – Что за важное дело привело вас в наш штаб?

Мисс Фоули деловито села за стол из черного дуба, закинув ногу на ногу. Герхард был заинтригован. Мэри-Бэлл, казалось, не вписывалась в запахи чернил и старого дерева, в наспех покрашенные стены, полуразрушенное окно и кувшин с одинокой веткой гвоздики, и в то же время именно эта спартанская обстановка соответствовала ее строгому, но одновременно чуть насмехающемуся лицу. Мэри-Бэлл Фоули как будто потешалась над временем. Она закурила сигарету в черном мундштуке и, не найдя рядом пепельницы, вытряхнула карандаши из жестяной банки.

— Прошу меня простить, – улыбнулась она кроваво-красными губами, – но наш секретарь третирует всех за курение. Если он учует дым, я скажу, что курили мои гости.

— Ничего страшного, – с пониманием ответила Аделаида. – Курите на здоровье.

Мисс Фоули коротко усмехнулась.

— Нас интересует Артур Эшпертон, – продолжила Аделаида. – Боюсь, что в его смерти остались нерешенные вопросы.

— Какие могут быть вопросы, когда его уже похоронили? – Голос мисс Фоули был равнодушным, хотя на лице появилось любопытство.

— Полиция обошлась с этим решением поспешно, – осторожно подбирала слова Аделаида. – Мой племянник стажировался в министерстве сельского хозяйства, и у него возник профессиональный интерес. Так вот, мы считаем, что удобрение, которым опрыскивал в тот день растения Артур, могло стать причиной его смерти. И, если оно токсично, мы должны уберечь других садоводов.

— Токсично… – Мисс Фоули выпустила струю дыма. – А что в этом мире безопасно, миссис Уотерхейм? Если удобрение и ядовито, Артур Эшпертон сам нашел свою смерть.

— Это удобрение явно не проходило проверку через наше министерство, – перебил Герхард. – И может быть смертельно опасно для аллергиков. Нужно, чтобы общество садоводов Литтл-Милфорда направило в полицию официальный запрос на эксгумацию тела!

— Что мой племянник хочет сказать, так это то, что за неимением родственников потребовать эксгумацию тела может только общественность, обеспокоенная средством, угрожающим здоровью населения.

— Возможно? – Мисс Фоули изогнула тонкую бровь.

— Возможно, – с неохотой согласилась Аделаида. – Сочувствующие соседи готовы оказать всяческую поддержку в сборе подписей.

— Сочувствующие соседи? – Глаза Мэри-Бэлл сузились. – Я знаю, что вы застали Мейбл за попыткой украсть цветок. – Она взглянула на Герхарда. – Но я скажу откровенно: никто из этих садоводов не отказался бы от разработок Эшпертона или его драгоценных растений. Если чему они и сочувствуют, так это невозможности вынести на виду у всех горшки.

— Я вовсе, – Герхард смиренно покачал головой, – ни в чем не обвиняю уважаемую миссис Фоули-младшую. – От взгляда Мэри-Бэлл он против воли начал заговариваться.

— Боюсь, в этом вопросе я не смогу вам помочь. – Сожаление в голосе Мэри-Бэлл как будто было искренним. – Вот если бы вы, Аделаида, обратились ко мне с заявкой на королевский конкурс вне очереди, это было бы мне по силам.

— Мои навыки садовода пока проигрывают моим навыкам печатания на машинке. – Не меньшее сожаление прорезалось и в голосе Аделаиды.

— Очень досадно. Женщин-садоводов так мало в нашем обществе, а женщин-садоводов – писательниц детективов и того меньше. В мире садов правят мужчины. – Она открыто задымила в такой же манере, как Мейбл. – Хоть цветы и считаются женским занятием. Райский сад, – Мэри-Бэлл скривила губы, – оказался под запретом, но что запрещено женщине, то разрешено мужчине.