Книга Берегитесь, тетя Аделаида!, страница 47 – Флора Торн

— Так вот, – продолжал Герхард, – этот мистер Лойд – кстати, местный викарий Гринвула, поэтому живет возле церкви, – подтвердил, что Эшпертон связывался с ним несколько раз, прося приехать. Но мистер Лойд никак не мог выбраться, потому что еще прошлой весной подвернул ногу.

— Они дружили? – поторапливала Дарси.

— Мистер Лойд – какой-то дальний родственник Эшпертона, но, так как ни Сибилла, ни Артур не посещали церковь, общение их сводилось к вежливым фразам для поддержания социальных и семейных связей.

Герхард вновь мысленно вернулся к встрече с мистером Лойдом. Его не удивило, что тот отказался приехать: путь до Литтл-Милфорда был неблизкий, а мистер Лойд был уже немолод. Из церкви он просеменил старческой походкой, припадая на одно колено, но, главное, по его глазам было видно, как ему нравятся Гринвул, собственный приход и такая же тихая церковь-развалюха. Не будь у него предлога с ногой, он бы нашел еще тысячу причин, чтобы остаться дома.

— Я хорошо знал семью Артура. В общем-то мы все их знали. Артур с юности интересовался ботаникой, но по-настоящему дела пошли, когда он встретил Сибиллу. Она его очень поддерживала. Когда начали поступать предложения о работе, мы ждали, что они переберутся в Лондон, но Артур с Сибиллой не захотели покидать Гринвул. Думаю, Артур ощущал себя здесь в безопасности. Он мог тихо работать вдали от суеты. По правде говоря, он совсем не жаловал гостей. Они жили тихо и обособленно.

— А его жена? Она тоже занималась садоводством?

— Сибилла? Нет, Сибилла страдала экземой и не могла работать с землей. Но она иллюстрировала работы Артура, – подслеповато улыбнулся мистер Лойд. – Знаете, потрясающие рисунки. Такие натуральные розы, почти как настоящие. Она их очень любила, приходила зарисовывать к нам в церковный двор. К сожалению, – он оглянулся по сторонам с ностальгией во взгляде, – сейчас сад в запустении, за ним некому ухаживать, но раньше, молодой человек, поверьте, здесь цвели розовые кусты, а вокруг бегали дети.

Мистер Лойд увлажнившимися глазами осматривал церковь, а Герхард подумал, что, должно быть, ко всем старикам, вспоминающим юность, приходят эти сердобольные дети, а Бог выращивает для них в воображении цветы. Он решил, что мистеру Лойду еще не поздно познакомиться с виски.

— Отчего она умерла? – как можно тактичнее спросил Герхард.

— Наш врач, доктор Ленн, определил остановку сердца. – Мистер Лойд оперся о трость. – Как сейчас помню, ее нашли после обеда. День был особенно жарким, доктор Ленн сказал, что проблемы с сердцем, вероятно, вызвал тепловой удар. Он отметил высокую температуру тела, красные пятна. Бедняжка сильно вспотела. Представляете, на улице было больше тридцати градусов – сколько же было в теплице?

— А у вас есть предположения, зачем Артур просил вас приехать? – Герхард делал пометки наточенным карандашом, воображая себя заправским хроникером, берущим интервью у Деборы Керр^[6].

— Ума не приложу, – простодушно ответил мистер Лойд. – Последний раз мы виделись при его отъезде. Когда бедная Сибилла умерла, он едва дождался похорон, а потом уехал. Артура ее смерть очень подкосила. Он ходил сам не свой, нервничал, сердился на нас, а мы всего лишь пытались помочь. Я думал, что Артур любил Гринвул, но он больше ни разу не приехал. Оставил все как есть, даже не продал дом.