Книга Человек, который не хотел любить, страница 62 – Федерико Моччиа

Естественно, после этого Витторио и Эмма поругались.

— Ты так только пугаешь её…

— Любимая, это всего лишь для того, чтобы она узнала, как на самом деле всё устроено в жизни…

— Да, но куда спешить?

— Я согласен, но нам нужно научить её воспринимать всё не так эмоционально, ты так не считаешь?

— Считаю, но теперь из-за тебя она чувствует себя убийцей омаров! И ведь подумать только, это было одно из немногих мясных блюд, которые она любила…

Джанфилиппо и Танкреди из-за этой истории постоянно подшучивали и смеялись над своей сестрой.

Рождественские каникулы на Мальдивах всегда были одними из самых лучших и самых дорогих для Танкреди воспоминаний. Возможно, это был первый и единственный раз в его жизни, когда чувствовал себя частью настоящей, сплочённой семьи. Утром он ездил на рыбалку со своим отцом, а вечером они все вместе ужинали за поставленным на пирсе столом, и казалось, будто они плывут в открытом море под звёздами.

Танкреди иногда любил развлекаться тем, что бросал в воду кусочек хлеба. Не успевал этот кусочек ещё коснуться поверхности, как тут же исчезал в пасти одной из множества рыб. Он тут же кидал следующий и наблюдал, как они бросались на хлеб всей стаей. Танкреди завороженно наблюдал за тем, как лунный свет блестит на их чешуе. Они казались вспышками, сверкающими серебряными лезвиями. В тишине набережной было слышно только, как плещутся эти рыбы.

Он часто думал об этих семейных вечерах на острове. Это было единственное время, когда он чувствовал себя счастливым.

— Вот, вот, попался, попался! – Эстебан указывал на катушку его удочки, которая вертелась с бешеной скоростью: Танкреди совершенно отвлёкся, в погоне за своими воспоминаниями. – Пустите, пустите… Пока не тяните…

Эстебан посоветовал ему не останавливать катушку, а оставить её вращаться дальше, чтобы большая рыба, которую он, по всей видимости, поймал, выбилась из сил. Затем он схватил ведро, опустил его в море, потянул за верёвку, привязанную к ручке, и вылил немного набранной воды на катушку, которая всё ещё крутилась.

— Так она не перегреется, – пояснил Эстебан.

Танкреди кивнул. Он тоже знал о таких уловках.

Он закрыл глаза, чтобы туда не попали брызги с катушки. Стояла жара, и вода охладила его. Затем он опустил руку в ведро и намочил себе плечи, грудь и живот. Он был загорелым и худым. В Мексике он был уже неделю и жил тут на своей яхте, которая называлась «Ferri 3». Сегодня был важный день. Он взглянул на свои часы. Он прибывает около полудня, но попросил ожидать его к трём. Танкреди был уверен, что он прибудет вовремя.

— Давайте! – Эстебан увидел, что катушка остановилась: рыба, должно быть, устала и остановилась передохнуть. – Тяните, тяните…

Танкреди пытался вытянуть рыбу, но ослабил хватку и отпустил катушку, чувствуя, что сопротивление слишком сильное. Леска снова стала разматываться, значит рыба устанет ещё сильнее.

Эстебан сначала смотрел на разматывающуюся катушку, а затем направил взгляд далеко в море:

— Как хорошо… – Затем он посмотрел на Танкреди: – Огромная, должно быть, попалась зверюга.

— Точно.

Эстебан был доволен. Затем он приподнял бровь. Он волновался – этот бой длился уже больше часа. Он посмотрел на Танкреди. Тело у него было что надо – поджарый, мускулистый, накачанный, – но хватит ли у него выносливости выдержать всё это? Эстебан видел, как мужчины и намного крупнее его бросали, выбившись из сил.