Книга Жена поневоле для греческого магната, страница 74 – Марго Лаванда

Щеки начинает печь, и я торопливо подливаю себе из графина мятный лимонад. Бросаю побольше льда в напиток. Делаю несколько больших глотков, горло перехватывает спазм, и я поспешно встаю из-за стола, извинившись.

Откашлявшись, привожу себя в порядок в дамской комнате для гостей, когда туда забегает Леда. Глаза девочки лихорадочно блестят.

— Все в порядке?

— Этот Том, он просто…!

— Дорогая, вряд ли твоей маме понравятся такие выражения, — укоризненно качаю головой.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Сделать вид, словно тебе наплевать, пусть он танцует с кем хочет, — успокаиваю в сущности, еще ребенка.

Отлично, Нина. Раздаешь советы по сердечным делам, тогда как сама в них разве хоть немного разбираешься?

Становится стыдно, словно выдаю себя за другого человека. Обманываю.

Хотя, по сути так и есть, только кажется начинаю забывать об этом.

Леда убегает, зато тут же заходит София. Щеки пылают, глаза блестят. Еще одна мечущаяся от любовных эндорфинов душа.

— Как дела? — спрашиваю с натянутой улыбкой.

— Даже не знаю что сказать, — смущается подруга. — Мне так неловко, я все это время общалась с Азатом. Он… пригласил меня завтра на свидание.

— А ты?

— Согласилась. Ты же не против? — спрашивает с тревогой.

— С чего бы. Я его и не знаю толком.

Вот что несу, он же свидетелем был на нашей свадьбе.

— Просто мы не так давно познакомились, — добавляю нервно.

— Я понимаю, конечно. Тебе сейчас не до посторонних, — София чмокает меня в щеку. — Я тебя обожаю, Нин. Спасибо огромное! Пойдем, потанцуем? Или ты к мужу за стол вернешься? Они там что-то обсуждают с Азатом.

— Конечно, пойдем, — отвечаю поспешно.

Обстановка среди танцующих гостей очень дружелюбная, нас с радостью принимает в свой кружок семья соседей Кралидисов. Спустя один танец начинает играть медленная мелодия, ко мне обращается молодой парень, приглашает на танец. Растерявшись, соглашаюсь. Но уже спустя минуту нашу пару разбивает Кралидис.

— Мне не нравится, что ты танцуешь с другими мужчинами, — его губы почти касаются моего лба, шевелят тонкие волоски, выбившиеся из прически. Я вздыхаю нервно.

— Извини… Я не специально.

— Тогда ладно. Не буду больше злиться.

Музыка быстро заканчивается. К нам подходят Азат с Софией, щеки девушки пылают ярким румянцем и как мне кажется, вовсе не из-за танца. Потом приближается еще одна пара, Герман и Арина, насколько мне удалось запомнить во время сумбурного знакомства. Приятные люди, как, впрочем, и все гости на празднике.

— Мы уезжаем, Андреас, — говорит Герман. — Подошли попрощаться.

— Спасибо за вечер, все было чудесно, — улыбается Арина.

— Мы толком даже не пообщались. Куда так торопитесь?

— У Германа очень ранняя деловая встреча, — морщит нос Арина. — Все как обычно, ничего не меняется.

— Но ты смирилась, что твой муж трудоголик?

— Конечно смирилась. Я люблю его.

— Самые лучшие слова на свете.

— Если ему вставать рано, пусть едет, а ты оставайся, — подмигивает Арине Кралидис.

На что ее муж хмурится. Меня тоже что-то царапает, настроение падает. Кажется, мой муж неравнодушен к этой девушке?

— Нет, Андреас, я поеду с мужем, — смеется Арина, переводя все в шутку.

— Очень жаль. Мы толком не пообщались. Вы ничего не рассказали о близнецах. Как они?

— Растут настоящими разбойниками, — широко улыбается Арина.