Книга Жена поневоле для греческого магната, страница 76 – Марго Лаванда

Хлопает дверь кабинки, я, уверенная, что девушка скрылась в другой, выхожу. И замираю — Афина стоит возле зеркала.

— Черт, я так и думала, что это ты, — вздыхает.

— Извини, что помешала.

— Не помешала, нет. Я извиниться хочу. Подожди, пожалуйста!

Смотрю на нее, хотя не имею ни малейшего желания общаться.

— Я очень сожалею, что поддалась на провокацию Делии. Мы больше не общаемся. Она меня сильно подставила. А я, в свою очередь, своего отца. Прости, пожалуйста! Я говорю совершенно искренне.

— Ладно, это в прошлом…

— Спасибо. Не хочу портить себе карму. Я никогда ничего против тебя не имела, а теперь еще и этот дурацкий разговор. Не принимай его всерьез!

— Ты про Арину и влюбленность в нее Кралидиса?

— Это в любом случае было очень давно.

— Мне все равно. Я пойду, извини.

Проскальзываю мимо девушки. Мне необходимо побыть одной. Услышанная информация прожигает сердце. Словно к нему приложили раскаленное клеймо. Оказывается, Андреас умеет любить. Не всегда был расчетливым дельцом. Да уж, выбрал самый сложный объект. Девушку, влюбленную в его друга.

Что я могу? Посочувствовать ему?

Внутри все обрывается. Андреас бегал за Ариной? Был влюблен в нее?

Я ведь что-то такое почувствовала в момент общения. Как смотрел на нее. Да, все непринужденно, шуткой… И все же чувствовалось, все непросто.

Так почему мне настолько больно? Какая мне разница?

— Ты в порядке, Нина? — ко мне подбегает Леда.

— Тебя мама ищет, — улыбаюсь через силу. — Помогаю ей тебя искать. Пойдем к ней, пожалуйста.

Видимо у меня такой вид, что Леда и не думает спорить, кивает.

Вскоре и Елена обращает внимание что я выгляжу бледной и напряженной. Говорит об этом Андреасу, и муж решает, что нам пора домой.

Андреас

Настроение Нины неуловимо меняется. Эта девушка продолжает мучить меня загадками. Как будто мне недостаточно собственных мучительных порывов. Когда увидел ее танцующей с соседским парнем — вскипел. Совершенно иррациональный приступ ревности. Похоже, совершенно слетаю с катушек, превращаюсь в психа рядом с ней.

Она сводит меня с ума!

Своей молодостью, красотой, неискушенностью. У любого бы голова пошла кругом.

Всего час назад казалось, что Нина отвечает на мои порывы.

Ее губы были податливыми, мягкими.

Сейчас, в машине, по дороге домой, она совершенно другая. Заледеневшая, отстраненная. Сидит, уставившись в окно, далекая как никогда. задумчивая. Хочу дотронуться до ее щеки — отшатывается.

— Извини, — теряется от собственного странного порыва. — Я задумалась.

— О чем?

— О сестре.

Да уж, вот о ком мне ни секунды говорить не хочется, так о стерве, благодаря которой мы познакомились.

Стелла для меня — олицетворение всего самого ненавистного в женщинах. Какому мужику понравится, чтобы его видели добычей?

Так эта самовлюбленная дура на всю жизнь одна останется.

Ладно, плевать на нее. Меня тревожит Нина. Что она опять себе надумала? Или услышала?

— Тебе что-то сказали неприятное? На вечере, — смотрю испытующе на жену.

— С чего ты взял? — передергивает плечами, и я окончательно убеждаюсь, что взял верный след.

— Твое настроение резко поменялось.

— Я просто устала.

— Почему? Это странно. Твоя подруга бодра и весела, до сих пор танцует, скачет по танцполу.

Нина ничего не отвечает, лишь краснеет.