Книга Бессмертный, страница 114 – Эмма Хамм

Джессамина медленно выпрямилась. Темные волосы упали на глаза, напоминая ему то дикое создание, которое он обнаружил в первую их встречу. Загрубевшая после очередной смерти, но все еще здесь. Она все еще боролась.

Девушка взглянула на него сквозь темные пряди.

— Я имела в виду то, что сказала. – Ее голос отдавал хрипотцой. – Даже в мире живых, Элрик. Я следую своей клятве.

Вот так она просто продолжила их разговор, будто ничего не случилось. Будто она только что не проснулась на кладбище рядом с мертвым богом, который принес ей столько горя.

Его сердце сжалось, душа кричала. Очевидно, что он никчемен, так с чего бы ей вдруг смотреть на него по-другому? Она не должна видеть в нем человека. Ведьма не может полностью отречься от могущества его силы.

Ему не нравилась эта мысль. Элрик хотел, чтобы она видела в нем нечто большее, чем очередную сделку. Но ни одна ведьма до нее так не считала. Даже та, которую он любил. Бессмертный был божеством, но созданным для них. Для таких ведьм, как она, чтобы быть использованным в час нужды, а сейчас Джессамина более чем нуждалась в помощи. Почему она не понимает этого?

Лучшее, на что он мог надеяться, – она поднимет его из могилы, позволит прожить пару дней или, может быть, недель, прежде чем убьет, как все до нее. Так было заведено.

— Мне так жаль. – До него донесся шепот, легкий как перышко. – Ты не заслужил того, что они сотворили с тобой.

Он отодвинулся от нее.

— Еще как заслужил и даже больше, кошмар, – усмехнулся бог. – Так устроен мир. Нам остается только смириться.

Легче сказать, чем сделать. Но он старался похоронить эти мысли, прекрасно осознавая свое предназначение. Элрик решил служить им, как они служили ему. Другие боги не были заинтересованы в судьбах своих последователей, и он отказывался быть похожими на них.

Бессмертный понимал, что между ними нужно установить дистанцию. Ему было необходимо пространство, чтобы собраться с мыслями. Когда-то давно он создал правила общения с ведьмами, чтобы защитить себя. Нарушение этих правил привело Элрика к настоящему моменту, где его ноги подкашивались от малейшего внимания или прикосновения. От кого угодно. Не только от Джессамины, чьи темные глаза смотрели на него с такой надеждой, чья светлая душа была наполнена добротой, даже когда мир обозлился на нее.

— Элрик?

Черт бы его побрал.

И ее тоже.

Потому что в тот момент, когда она произнесла его имя, он замер, ожидая, что же сорвется с этих прекрасных ягодно-красных губ.

— Кошмар? – сказал он.

— Не уходи.

Он должен был. Иначе разобьется вдребезги прямо перед ней, разлетится на тысячу осколков. Потому что чем дольше он был с ней, тем больше хотел.

— Я не такая, как они. Не хочу быть как они. Я поклялась тебе и намерена сдержать слово. То, что они с тобой сотворили…

— Не стоит, – перебил он, зажмурившись от нахлынувших воспоминаний. – Ты не должна была это видеть. Я не был готов показывать тебе, кто я на самом деле.

— Я знаю, но… сделанного не воротишь.

— Я провел столетия, создавая Бессмертного. Год за годом выстраивал устрашающий образ бога, которого невозможно убить. Бога, который служит ведьмам и которого боятся во всех королевствах. Источник порочной силы. – Элрик судорожно вздохнул. – Но ты увидела во мне человека, Джессамина. Я не знаю, как с этим жить.