Книга Бессмертный, страница 118 – Эмма Хамм

— Значит, ты хочешь, чтобы я использовала тот же подход и с обычными заклинаниями? – спросила она. – Мне представлять, что это на самом деле ты колдуешь?

— В каком-то смысле. За спрос денег не берут. – Бог жестом предложил ей пойти впереди него. Они направились к гигантской каменной статуе ангела. – То, что я тебе сейчас покажу, считается особенно сложным заклинанием. Мне кажется, что зажигать свечи у тебя не получается попросту из-за скуки.

— Что, так уж очевидно?

— Весьма, – ответил он, не сдерживая сарказма. – Камень, из которого сделан ангел перед тобой, податлив, как человеческая форма. Это всего лишь затвердевшая глина. Попроси землю помочь тебе, и она послушается.

Джессамина встала перед ангелом, рассматривая прекрасную скульптуру. Черты лица со временем стерлись, но крылья остались. Перья казались такими нежными, прямо как настоящие. Она заметила стержень и отходящие от него бороздки. Складки платья ангела были столь изящны, что у Джессамины захватило дыхание.

— Какая прекрасная статуя, – пробормотала она. – Кто ее сделал?

— Это так важно?

— Для меня – да.

Элрик вдохнул и подошел к ней вплотную. Джессамина почувствовала, как ее спину обдало жаром.

— Не отвлекайся.

— Я боюсь тебя разочаровать.

— Невозможно. – Руки легли ей на плечи, несильно сжимая. – Давай в этот раз я прикоснусь к тебе? Как напоминание о том, у кого ты черпаешь силу.

Джессамина почти могла слышать голос рассерженной матери, потому что она поддавалась чарам такого опасного бога. И все же девушка прильнула к нему.

Руки Элрика переняли тепло ее тела. Она знала, что затянувшееся прикосновение не было необходимостью. Бог все еще вел себя осторожно после того, как Джессамина увидела те ужасные воспоминания, узнала, кем он является на самом деле. Но это только еще больше подчеркивало истинное желание Элрика касаться ее.

Поэтому она прижалась к нему еще крепче. Прильнула спиной к груди, чтобы чувствовать, как поднимаются ребра при каждом вздохе, ощущать сбившийся от их близости ритм сердца.

И его пробуждающийся интерес, который теперь упирался ей в задницу.

Элрик наклонился к ее уху и прорычал:

— Сосредоточься на ангеле, кошмар.

Вздохнув, она постаралась направить внимание на крылья и заставить свой разум сосредоточиться на руках, что покоились на ее плечах. Девушка отпустила себя и позволила душе свободно проявить желание.

Сейчас она хотела вдохнуть жизнь в этого ангела. Она хотела увидеть, что за магия все это время покоилась под каменным заточением. Статую высек художник, любивший свое дело, – это не вызывало сомнений. Он увидел в бесформенной глыбе нечто прекрасное и смог освободить это из оков.

Так же, как она увидела прекрасное в Элрике и захотела его освободить. Джессамина мечтала выпустить бога в мир живых, не тревожась, какой хаос он принесет с собой. Она просто желала увидеть его свободным.

Жар внезапно разлился по ее телу. Пальцы Бессмертного скользнули вниз по рукам, и девушка услышала его резкий вдох, словно он тоже почувствовал неожиданное тепло. Ощущение мешало думать и даже дышать. Она хотела касаться, чтобы ее касались в ответ. Она жаждала распалить в себе страсть и заставить мир содрогнуться под гнетом ее желания.

Вдруг раздался оглушительный треск, и правое крыло ангела дрогнуло. Оно расправилось с кошачьей грацией вверх и вширь, а затем обернулось вокруг ангела, словно изысканная мантия на плечах знатной женщины. Вслед за ним расправилось левое крыло, издавая такой же треск. Существо из глины неожиданно склонилось. Джессамина завороженно наблюдала, как ангел выпрямился, прижал руку к сердцу, а затем кивнул и взмыл в небо.