Книга Бессмертный, страница 147 – Эмма Хамм

— Ты не сможешь использовать меня как оружие, – продолжил Элрик. – Меня все еще не воскресили в мире живых, а значит, магия связана только с теми, кто приносит мне жертвы. Джессамина в этом плане полезнее меня.

— Нет, я не хочу посредников. – Каллум подошел ближе и посмотрел на Элрика с пугающей уверенностью. – А если я могу тебя воскресить?

— Невозможно.

— Но что, если все же смогу?

Тысяча мыслей промелькнула у бога в голове.

Да. Да, пусть воскресит. И тогда он будет свободен, чтобы обрушиться на этот мир со всей накопленной ненавистью. Если все же существует заклинание, способное вернуть его к жизни без пособничества певчей могил, то им нужно воспользоваться. Ни один человек, сотворивший такое заклинание, все равно не сможет контролировать ожившего бога.

Но что, если он ошибался? Что, если Элрик, сам того не зная, привяжет себя к этому продажному идиоту, который уже вовсю планирует, как будет использовать бога.

Среди всех этих мыслей шептало единственное желание: он хотел, чтобы его воскресила Джессамина. Элрик хотел, чтобы их связь стала абсолютной и вечной. Он хотел чувствовать, как их связь проходит через его тело. Когда бог воскреснет, он окутается ее могильным ароматом, и вместе они будут править в сотворенном из костей королевстве.

Бессмертный последует зову сердца, даже если ранее коварный орган не раз подводил его.

— Ты не можешь призвать меня, Каллум. Ты не ведьма.

— Ах, так, значит, тебе не все известно.

Элрик смотрел, как Каллум направляется к двери. Он приоткрыл ее, чтобы могла пролезть рука. Его приспешники передали ему потрепанную сумку, после чего он закрыл дверь и вернулся в комнату. Сумка явно видала лучшие дни. Когда Каллум открыл ее, капли грязи вместе с кусками земли упали на чистый пол.

— Видишь ли, Джессамина была моей дочерью во всех смыслах, кроме кровных. Ее настоящий отец покинул этот мир слишком рано, упокойте боги его душу, но это позволило мне забрать то, что когда-то принадлежало королю. Его жену, дочь… влияние. – Каллум запустил руку в сумку, пытаясь что-то в ней найти. – Я тогда подумал, смерть короля – это такая трагедия. А потом понял, что предприимчивость всегда отличала меня на фоне остального сброда.

— Ты считал ее своей дочерью, а затем просто наблюдал, как ее убивают? – Элрик выплюнул слова, надеясь, что они ранят предателя так же глубоко, как и осколок стекла. – Что ты за человек такой.

— Это печальные последствия моего плана по спасению. Я понимаю, что ты считаешь меня законченным трусом и эгоистом, но здесь так много людей, нуждающихся в моей помощи. Я построил империю в разрушенном районе, и никому не позволю ее отнять. – Его лицо исказилось от чувства удовлетворения. – Никто больше не встанет у меня на пути. Особенно с богом за пазухой.

— Все еще небольшая проблема: ты не можешь меня воскресить.

Это был его последний шанс. Что-то подсказывало, что богу не понравится то, что Каллум сейчас вытащит из сумки. Знакомый рюкзак уже был не в лучшем состоянии, когда он нашел его впервые, а за время их с Джессаминой путешествия он совсем развалился.

Каллум вытащил черную книгу, роняя сумку на пол с глухим стуком.

— А, вот она. Книга, которую я так долго искал. Кто бы мог подумать, что она все это время была у нашей маленькой Джесс?