Книга Бессмертный, страница 72 – Эмма Хамм

— Я в порядке, – перебила ее Сибил, подняв руку, прежде чем он успел бы ответить. – Я чувствую твое неодобрение через зеркало, Бессмертный. Я проведу Джессамину до «Совиного гнезда» в целости.

— Тебя теперь даже ведьмой сложно назвать с такими-то жалкими остатками магии.

— Я в полном порядке, – прошипела она.

Вдруг Джессамина и Сибил снова повернулись к дороге и замерли, увидев еще трех зараженных. На этот раз двое мужчин и женщина застыли посреди дороги, словно чего-то ждали. Звука, запаха, чего угодно, что выдало бы расположение следующей жертвы, как это произошло с тем мужчиной, которого убила Сибил.

Трое на двоих – не лучший расклад, особенно после того, как Сибил истратила и без того скудный источник магии. Ему нужно было, чтобы ведьма призвала его, иначе он потеряет последнюю возможность вернуться в мир живых. Прокаженная ведьма уже ничем не сможет ему помочь.

Бог гневно ударил рукой по зеркалу и прорычал:

— Призови меня, черт возьми!

В тот же миг, как бог услышал заветные слова, он нутром почувствовал притяжение. Притяжение не того заклинания, что обычно произносила Джессамина, а настоящей магии, которую могла использовать только поклоняющаяся ведьма. Все еще далеко от полного воскрешения, но по крайней мере это перенесло его в мир живых на несколько мгновений, прежде чем накопленные им силы иссякнут. Это был настоящий крик о помощи, на который была способна только ведьма.

Наконец, зов, на который он мог ответить.

Его выдернуло из зеркала одним мощным рывком, и черный туман собрался щитом перед Сибил. Все еще далеко не такой могущественный, каким он был прежде, но даже в такой форме ему было намного привычнее. Бог чувствовал прямую связь с Сибил, ее желание, стоявшее за призывом. Он будет здесь ровно столько, сколько потребуется для их спасения. Ни больше ни меньше.

Видимо, даже собственная последовательница не доверяла ему. Никогда он еще не был так горд.

Развернувшись, он посмотрел на зараженных, которые уже неслись по улице прямо на женщин. Мерзкие твари, сочащиеся инородными для человеческого тела жидкостями. Но все же это были люди.

Присев на корточки, Бессмертный прижал ладони к редкой траве, которой на самом деле не чувствовал, и позволил магии погрузиться в тени, окружавшие его. Тени скользнули к нему, как щенки, которые пытались угодить хозяину, оставляя позади себя деревья, здания, даже самих Сибил и Джессамину. Все они откликнулись на его зов.

Затем бог направил их вниз по улице, сплетая вместе, чтобы создать что-нибудь более устрашающее. Сначала он попытался изобразить медведя. Большинство смертных боялось этих животных. Но вот прокаженным он, кажется, понравился. Бессмертный почувствовал их радостное возбуждение от вида зверя, их желание его сожрать. Нет, медведь не подходит.

Ему нужно было испугать прокаженных, а не разжигать их аппетит еще больше. Снова напрягшись, он создал вокруг них улицы. Здания, такие же, как в его царстве теней, когда он следовал за Джессаминой. Когда он показал ей, каково это – просто быть женщиной.

Вот оно. Замешательство охватило тварей, они уставились на внезапно появившиеся перед их носом переулки.

— Идите, – процедил сквозь зубы он. – Держитесь правее. Этот путь скрыт от их взгляда.

— Но как же ты… – начала Джессамина, но быстро замолкла, когда Бессмертный рявкнул на нее.